— Да, конечно, — подбодрил я владычицу слов, — о картах таро. Мудрец, Девятка динариев, Башня, Колесо Фортуны, Повешенный и Паж с костылем, которым вы обозначили меня. Откуда взялись эти карты, и что они на самом деле означают? Про пажа я уже понял, давайте поговорим об остальных.
Она снова оглянулась на Брайта. Тот равнодушно пожал плечами.
— Их назвал мне Спиноза — кроме «Пажа», конечно. Пажа посохов выбрала я. Для вас.
— Не мудрено, — покачал я головой, — мы ведь с ним незнакомы. А… как бы это выразиться… на словах он что просил передать?
— Кто?
— Спиноза.
— Вы считаете меня сумасшедшей?
Брайт тут же встрял:
— Изида, пойдемте отсюда.
Я извинился тремя разными способами.
— В это мало кто верит, — сокрушенно произнесла Изида по поводу ее посредничества между миром падшим и миром возвышенным. Я задал вопрос по существу:
— Кто попросил вас вызвать дух Спинозы?
— Профессор Эйтвед.
— И когда это случилось?
— Давно, больше года назад.
— Точнее, если можно…
— В декабре позапрошлого года.
— Кто, кроме вас и Эйтведа, присутствовал на спиритическом сеансе?
— Мой муж и… — она посмотрела на Брайта.
— Да, — сказал он твердо, — и я там был. Ну и что?
Действительно, что тут такого? Собираются же люди, чтобы посмотреть, к примеру, футбольный матч.
— Да ничего… Почему Спиноза решил изъясняться с вами на языке карт?
— Потому что этот язык пережил века. Язык современной науки философу недоступен, а на языке его геометрии нельзя выразить то, что он собирался до нас донести.
— Это он так сказал?
— Да. Затем он назвал карты.
— И что они, по-вашему, значат?
— По словам философа, карты должны каким-то образом проявить себя в нашем мире, дать о себе знать. Проявившись, они укажут ответ на вопрос, мучавший нас веками.
— Какой вопрос?
— Вопрос о молчании Вселенной.
— Ни больше ни меньше… С какой целью вы показали мне эти карты? Между прочим, вы обманывали, говоря, что предсказываете мое будущее.
— Я не обманывала вас. Карты говорили о будущем всего человечества, следовательно, и о вашем будущем. Мне хотелось, чтобы вы запомнили эти пять карт, потому что… — Изида споткнулась, она явно подбирала слова, чтобы не сболтнуть лишнего. — Если вы заметите, что что-то происходит — что-то непонятное — вы будете свидетельствовать, что событие было предсказано, что связь с таро не случайна…
— Понимаю. Это называется утечкой информации в прессу. Изида, поверьте, пресса на вашей стороне, но ей, как никогда, требуется ясность. Какого рода событие нам следует ожидать?
— Я этого не знаю. И, несмотря на обещание, вы снова иронизируете.
— Вам так показалось. А Вацлаву Кремпу вы предсказывали судьбу?
— Вы имеете в виду, так же, как вам? Да, я показала ему эти карты.
— А он?
— Как и вы, он стал расспрашивать, откуда я о них узнала. Когда я ему объяснила, он не принял меня всерьез.
— Вы надеялись на что-то другое?
— Нет. В отношении людей я давно не питаю иллюзий.
— Профессор Эйтвед, вероятно, отнесся к предупреждению Спинозы иначе, чем остальные. Что он заказал вам после спиритического сеанса?
— Сегодня вы слышали его мнение. Существование бога Спинозы можно обосновать логически, но сама логика должна быть иной… Чтобы прийти к ней, необходимо сначала вернуться к до-логическому, то есть, образному мышлению. С каждой картой таро связан определенный пласт культуры, целый ассоциативный комплекс, поэтому философ использовал карты вместо слов.
— Но при чем здесь уфология и «молчание Вселенной»?
— Отсутствие слов, господин Ильинский, не эквивалентно молчанию. Мы ищем внеземной разум, а не внеземных… простите за грубое выражение… болтунов. Помните, я рассказывала вам о Вирадже, Космическом разуме? Нити сознания соединяются в нем подобно тому, как наши информационные потоки соединяются на Накопителях. Найдя эти нити, мы найдем братьев по разуму.
— Стало быть, на Лагуну вы прилетели в поисках этих самых нитей…
— Мы прилетели на конгресс, — отрезал Брайт раньше, чем Изида успела что-либо ответить.
— Ну да, разумеется, — согласился я, — скажите, ваш муж разделял точку зрения Эйтведа?
— Он поднял всех нас на смех, — гневно произнесла Изида, поднимаясь с шезлонга. — Мне пора возвращаться к гостям. Кажется, я ответила на все ваши вопросы.
— Кроме последнего. — Я вывел на экран комлога портрет ЧГ. — Это Кремп?
Изида удивленно посмотрела на портрет.
— Нет, это не он.
Честно говоря, я скорее готов был переварить десять Космических Разумов, чем этот ответ на чисто технический, как я полагал, вопрос.
— Присмотритесь внимательней, — попросил я безо всякой, впрочем, надежды.
Изида склонилась над экраном.
— Глаза похожи… Но, все же, это не он. Откуда у вас этот портрет?
— Его составили со слов свидетелей. Что если…
Я убрал Человеку с Гвоздем бороду и укоротил волосы.
— Ближе, но… Лицо у Вацлава не такое вытянутое и скулы шире. Крылья надо тоже чуть-чуть расширить, у Вацлава нос не столь классический, ваш художник ему явно польстил.
— Хорошо хоть с полом он не ошибся, — хмыкнул я по большей части про себя.
