– Для столь очаровательного создания подобное – не недостаток.
– Что? – Выдохнула Натали, завороженная какой-то непонятной магией.
Мужчина улыбнулся, а затем отстранился до допустимого расстояния.
Привлекательный брюнет ростом чуть более шести футов, с проникновенными аквамариновыми глазами, небольшой аккуратной щетиной и соблазнительно выделяющимися скулами. Одет с иголочки и чертовски хорошо сложен – этого не заметить было нельзя. От него пахло мужественностью и дороговизной. Казалось, от такого представительного мужчины невозможно оторвать взгляд. Впрочем, Натали исключением не стала. Но, признаться, не только это заставляло её молча пялиться на своего как бы спасителя. Ещё он отчего-то казался ей очень знакомым. Но почему?
Внезапно дверь за её спиной открылась – это она услышала только краем уха – и её спаситель поднял глаза. Его лицо стало серьезнее и лишилось недавнего кокетства, а затем Натали ощутила привычное тепло, окатившее её с ног до головы.
– Брендон, – сдержанно поприветствовал его мужчина, но руки своей не протянул.
– Шон, – так же невозмутимо голос сзади неё поприветствовал гостя в ответ.
– Нужно поговорить.
Брендон немного помолчал, а затем произнес:
– Хайди, ни с кем меня не соединяй.
– Да, мистер Макгил, конечно.
Жестом Дьявол пригласил гостя в свой кабинет.
– Жди меня здесь и никуда не уходи. – От неожиданно похолодевшего тона в его голосе, Натали молча сморгнула. – Никуда. Поняла?
Оставалось лишь растерянно кивнуть. Причем для пущей убедительности даже и ни один раз. Вроде бы удовлетворенный её ответом, Брендон развернулся и направился прочь. Натали только и успела заметить, как при этом его пальцы на мгновение сжались в кулаки.
Каждое утро Брендон преодолевал один и тот же путь длинной ровно в десять миль. Сегодняшнее не стало исключением. Однако, то внутреннее спокойствие, до этого момента казавшиеся ему нерушимым, было подорвано, и даже бегу оказалось не под силу его восстановить. Прошедшей ночью он практически не спал. Руки Шона на её талии, бес конца всплывающие в памяти, вызывали новые вспышки гнева. Он поднимался с постели несколько раз, и каждый неизменно сопровождался интенсивными ударами по груше. Это должно было помочь ему расслабиться. Что ж, нужно признаться, помогало. Но на слишком непродолжительное время. Через несколько минут чертовы образы снова возникали в голове, сводя с ума, побуждая обращаться к снаряду вновь и вновь. Казалось, что этой чертовой ночи и проклятым мыслям не будет конца. Бог миловал его, и часы пробили пять.
Встав с постели, он переоделся в свой тренировочный костюм и, хватив связку ключей, покинул квартиру. Брендон не был ревнивым. Никогда. И всё потому, что ни к одной из женщин, которые были в его жизни, он не чувствовал такого непреодолимого влечения. А главное – такого сильного страха внезапно эту самую женщину потерять. Анжела, Виктория, Ванесса, Харли, Ингрид, Джулия… даже Габриэлла – каждая из них была для него не более, чем игрушкой для плотских утех. Правда довольно дорогой игрушкой, с которой и вести себя приходилось соответствующе.
Воткнув наушники в уши, он бежал уже двенадцатую милю, надеясь, что хотя бы так даст себе пусть и крохотный, но шанс вновь вернуться в привычный для него ритм. Тем не менее расстояние росло, песни в плейлисте сменялись одна другой, а мысли о его маленькой, неуклюжей стихии ни на мгновение не покидали голову. Натали всё меняла. Обескураживала и сводила с ума, но в то же время открывала в нем новые горизонты и заставляла видеть окружающий мир совершенно иным. С ней он чувствовал себя непривычно другим. Живым. Было до невозможности страшно поверить в это, а уж тем более принять, но, быть может, так было нужно?
Шла шестнадцатая миля. Часы показывали половину седьмого утра.
