Условный рефлекс полностью

Квартира оказалась не просто большой, а страшно огромной. В какой-то момент ей даже показалась, что здесь можно потеряться. Заглядывать за закрытые двери Натали на решилась, зато всё доступное глазу рассмотрела до мельчайших деталей. Сколько спален здесь было она понятия не имела, но подумала, что, вероятно, исходя из габаритов, не меньше двух. На первом этаже Натали поразил внушительных размеров спортивный зал, в котором, казалось, было абсолютно всё: от кардио тренажеров до многофункционального силового оборудования самой различной направленности. Даже боксерский ринг, и тот по-королевски расположился в самом центре комнаты. В зале оказалось много зеркал. Пол был отделан черным мрамором, а стены и потолок – белым. Последний в некоторых местах украшала синяя неоновая подцветка – например вокруг подвесной спортивной лестницы и находящейся поблизости боксерской груши. Не сказать, чтобы ей очень уж нравился спорт, а тем более, чтобы она им занималась, но будь это всё её, и она бы, наверное, отсюда не вылезала.

На втором этаже, помимо протянувшегося во всю стену панорамного окна, от которого Натали едва оторвала свой взгляд, расположилось несколько довольно широких книжных стеллажа и ещё один большой угловой диван. В другом конце холла она заметила дверь – наверное, в спальню – а в самом центре: необычного дизайна черно-белый бильярдный стол с поверхностью, выполненного из красного сукна. А она-то неверно считала, что покрытие у столов исключительно зеленое. Или этот просто сделан на заказ?

Пройдя в другой конец этажа, Натали невольно обвела руками колонны, придающие этому месту какое-то своё необычайное очарование, а затем остановилась у стола и неосознанно засмотрелась на висящую на стене картину. Если, конечно, то, что она увидела, можно таковой назвать. А увидела она черное полотно, на котором белой тушью были выведены витиеватые штрихи, отдаленно напоминающие то ли сложенные вместе осенние листики, то ли впопыхах нарисованные крылья бабочки. Натали склонила голову немного вбок, сделав попытку посмотреть на «шедевр» под другим углом. Бабочка, если это она, определенно была инвалидом. Сморгнула. Господи, неужели такое кому-то нравится?

– Натали?

Вот же блин!

Резко повернувшись – хорошо, хоть не грохнулась! – она ощутила, как радостно подпрыгнув и сделав тройное сальто в воздухе, сердце едва не выскочило из груди.

– Вы? Что вы здесь делаете?

– Я? – Уточнил Брендон, весело приподнимая брови. – Ещё минуту назад думал, что живу.

– Я не это хотела… – пытаясь дышать, Натали неосознанно попятилась – было бы ещё куда, – …просто Хайди сказала, что вы вернетесь только завтра.

– Планы изменились, – коротко отозвался он, а затем начал неспешно направляться к ней, заставляя её опустить взгляд.

– Ах, да, ваши планы… вы ведь можете менять их, когда захотите, верно… – пролепетала она, понимая, что упирается в высокий декорированный столик. Чертов, блин, столик! Ноги совершенно не слушались, иначе бы Натали уже давным-давно дала деру.

– Могу я узнать, что ты делаешь у меня дома? – Останавливаясь рядом с ней, мягко спросил Брендон, и его запах мгновенно окутал всё пространство вокруг. Хмельной, терпкий, обезоруживающий, волнующий и сводящий с ума… Господи, дай ей сил!

– Я… пришла покормить вашего кота.

– Моего кота? – Упираясь локтями в края столика, шепотом переспросил он и, инстинктивно отклонившись назад, Натали слабо кивнула. Вроде бы это был кивок. – Покормила?

– Мугу, – промычала она, всё ещё не решаясь поднимать на него глаза.

– Но не ушла?

– Собиралась! – Резко воскликнула она, неосознанно вскидывая голову и моментально проваливаясь в такой уже до боли знакомый омут. Блин-блин-блин! – Но не успела, так что…

Брендон придвинулся ближе, и Натали ощутила, как задержала дыхание. Каждая клеточка её тела тут же отреагировала, начав трепетать перед уверенной мужской силой.

– Ты так и будешь дрожать каждый раз, когда я осмелюсь подойти чуть ближе? – Не нарушая притягательности момента, так же тихо спросил Брендон, и Натали поняла, что он чувствует её всю, целиком, и скрывать что либо, пытаться увиливать, просто бесполезно.

– Возможно, если эта смелость будет проявляться немного чаще… то я привыкну, – произнесла она, и уголки его рта неторопливо поползли вверх. Взгляд Брендона опустился на полуоткрытые женские губы, а затем задержался на них, вынуждая Натали ощутить приятное тепло, волной разливающееся по низу живота.

– Это значит «да»? – Сдержанно задал вопрос он, вновь заглядывая ей в глаза, рисуя в них какой-то другой, совершенно непривычный, местами даже пугающий для неё мир. Но такой необыкновенный и притягательный, что противиться его магии больше просто не было сил.

– Да, – на выдохе прошептала она, понимая, что по собственной воле заключает сделку с дьяволом.