– Готово, высочество, – благоговейно проговорила горничная, протягивая Китти зеркало. – Вы… слов просто нет, как хороши…
И неожиданно заплакала.
– Ты что, Марго?! – растерялась Китти.
– Да вот как подумаю, что такая красота какому-то иноземцу достанется…
– Марго, брат меня заверил, что Анжей – очень достойный кандидат. Да и потом мы лишь на смотрины. Пока ничего не решено.
– Ну, не этот иноземец, так другой супостат, – всхлипнула еще раз служанка, однако взяла себя в руки и вытерла слезы. – Простите меня, ваше высочество, говорю же, головой приложилась, несу околесицу. Пройдемте к завтраку.
– Нет, ты иди вперед и передай графу Дебре, что я его к столу ожидаю. А я сейчас… Носик припудрю.
Марго выскользнула из кареты, а Китти, подождав некоторое время, вышла следом. Она намеревалась зайти в шатер именно в тот момент, когда маршал будет ее уже ожидать. Ведь только стоя можно явить платье во весь рост. Иначе эксперимент не удастся.
Полог шатра поднялся и… у Сержа в первую секунду пропало все: мысли, магия, ощущение собственного тела. Это было как прямой удар молнии в мозг – полный шок и потеря всяческой ориентации во времени и пространстве. Перед ним стояла Китти. Точно она, но в тысячи раз прекраснее, соблазнительнее и милее, чем маршал привык видеть ее за завтраком. А если учесть, что и тогда он ей тайно любовался, то сейчас, кажется, едва успел подхватить уже собравшуюся отвалиться нижнюю челюсть.
Лишь во второе или даже третье мгновение, когда Сержу наконец удалось взять себя в руки и придать лицу привычное отстраненное выражение, он понял, чем вызвана такая разительная перемена. Китти была не просто парадно одета, как на балу в день своего восемнадцатилетия. Она улыбалась, а струящийся из-за ее спины солнечный свет придавал изумительной фигуре девушки волшебный ореол. Лучи играли на рассыпанных по платью камнях, и складывалось впечатление, что перед ним не женщина из плоти и крови, а нимфа, одетая в бутон розы, с поблескивающими на нем каплями утренней росы.
Едва очнувшись, маршал кинулся выдвигать стул и произнес самым официальным голосом, на который в тот момент оказался способен:
– Вы ослепительно выглядите, ваше высочество.
– Спасибо, – в таком же, ставшем уже непривычным им обоим светском тоне ответила девушка, присаживаясь. – Только мы же вроде договаривались, наедине строго по именам, Серж.
От этого мягкого «Сершш» у маршала все нутро перевернулось. Она флиртует?! Милосердный Боже, за что?! Неужели вот это все сейчас для него? Или же для Анжея?! Холодный пот резко выступил на висках, а правая рука непроизвольно сползла на эфес сабли. Дебре сам не знал, какой из ответов его пугает больше. Если для Китти он лишь тренировочная мишень для отработки ударов… то где бы взять силы, чтобы все это с достоинством пережить? А если нет… Только не это! Маршал не хотел, чтобы даже тень его страданий коснулась девушки, была ей прочувствована. Во что бы то ни стало надо привлечь ее внимание к жениху. Точнее, отвлечь от себя. Но как? Дебре и так большую часть времени старался сохранять отстраненность и холодность. Может, стоит сказать что-то резкое? Лучше пусть разозлится или даже обидится. Считает его… да кем угодно, лишь бы ее не ждала та же участь, с мыслями о которой Дебре засыпал и просыпался: знать, что никогда и ни за что тебе не быть с любимым человеком.
– Вы ничего не едите, граф, – укоризненно приговорила Китти, взяв с тарелки крошечный кусочек воздушного омлета.
Благо Дебре успел опустить глаза, не увидев воочию, а лишь дофантазировав, как на маленькой вилочке сомкнутся губы принцессы.
– Простите, что-то пропал аппетит. Видимо, предстоящее пересечение границы слишком действует на нервы. И давайте вернемся к принятым в свете нормам этикета. Будет… весьма неприлично, если кто-то из встречающих вас штильманцев ненароком услышит, что вы позволяете охране называть вас по имени, к тому же сокращенному.
Девушка хмыкнула.
– А разве это не охарактеризует меня как прогрессивного человека с демократической настроенностью?
– Точно не в Штильмане. Там крайне патриархальное и консервативное общество.
– Что вам еще известно об этой стране?
– Через несколько часов вы ее увидите своими глазами. Отличия с северными провинциями Форсберга не так сильны. Климат менее теплый и более дождливый. Большая часть страны – зона лесов. Импортируют древесину, пушнину…
– Я не просила урок по географии, – обиженно прервала Китти. – Все это мне прекрасно известно. Мне был интересен именно ваш взгляд, живой.
– Тогда, боюсь, мне нечего вам рассказать. Но уверен, его высочество кронпринц Штильмана охотно это сделает совсем скоро. Разрешите мне откланяться и отдать последние распоряжения перед выходом? Невежливо заставлять себя ждать, даже если вы принцесса.
В глазах Китти промелькнуло раздражение. Серж знал, что девушка терпеть не может, когда ее воспитывают, тем более так явно. Этого и добивался.
Принцесса сделала отпускающий жест и оскорбленно поджала губы. Дебре скупо поклонился и вышел наружу.