— Это обещание я держал многие тысячи лет, — тихо произнёс он. — Но теперь Великая Печать разрушается, и это означает, что мой конец близок. Я собирался уйти тихо, не поднимая шума, но судьба столкнула нас вместе, и я… С той ночи, когда ты впервые полностью принадлежал мне… Нет, с того дня, когда ты снова преподнёс мне своё сердце, я больше не мог тебя отпустить. Я намеренно подменил воспоминания внутри священного древа, чтобы тебя обмануть, а затем я нарочно позволил тебе увидеть, из чего сделано твоё лекарство. После этого я сбежал, чтобы ты пришёл за мной в преисподнюю, и показал тебе изменённые воспоминания Великой Печати. Всё это я сотворил, чтобы привязать тебя к себе. Чтобы ты не мог оставить меня. Чтобы по собственной воле решил последовать за мной навстречу смерти. — Пальцы Шэнь Вэя совсем заледенели, и с ростом его нервозности крепла и хватка, став уже немного болезненной. — И даже теперь, когда ты в пух и прах разнёс мой обман, я всё ещё пытаюсь заманить тебя на мою сторону. — Голос у него мучительно дрогнул. — Что ты выберешь? Умереть вместе со мной и вернуться к изначальному хаосу? Или позволишь избавить тебя от воспоминаний обо мне в этой жизни, чтобы нас более ничего не связывало? Тогда ты забудешь меня, а я впредь буду держаться от тебя подальше.
Сорвав пелену обмана, они, наконец, оказались на развилке, и Чжао Юньлань теперь чётко понимал, что ему предстоит.
***
Пока они выясняли отношения на горе Пэнлай из воспоминаний Шэнь Вэя, Ван Чжэн и Сан Цзань вернулись в офис с пустыми руками. Ван Чжэн, для которой союз Палача Душ и шефа Чжао отчего-то не выглядел возмутительным, доложила остальным обстановку бодрым и обнадёживающим тоном.
Го Чанчэн тем временем нервно разглядывал свой телефон.
— Где нам её искать? — Ему уже удалось разыскать групповое фото трёхлетней давности, но качеством оно не отличалось, и лица на нём были размыты практически до неузнаваемости. — Что если мы увеличим немного её фотографию и заявим в полицию о пропавшем человеке?
Этот нелепый план был его единственной на данный момент идеей.
— Мошенник, который её увёл, к тому времени уже успеет продать её с потрохами на чёрном рынке, — отмахнулся Чу Шучжи. — Может сразу туда и направимся, а? Сэкономим время? — Го Чанчэн бросил на него изумлённый взгляд. — Выкладывай, кто она вообще такая и каким путём могла приехать в город.
— Она живёт в маленькой горной деревушке, а значит, ехать могла только автобусом, чтобы спуститься с гор, а затем пересесть на электричку.
— Невозможно, — перебил его Чу Шучжи. — Чтобы купить билет на электричку, нужно удостоверение личности. Мошенник не стал бы светить своими документами, а девчонка свои могла и забыть. Вряд ли у неё было много времени на сборы.
Го Чанчэн потрясённо замолчал.
Чу Шучжи тем временем открыл расписание автобусов дальнего следования, а также карту горных дорог.
— Ехать они могли только одной дорогой, и на машине путь занимает около тридцати четырёх часов. Если девчонка сбежала из дома вчера, то сейчас уже должна быть на подходе к городу.
— Действительно! — просиял Го Чанчэн. — Братец Чу, ты такой умный! Мы можем подсторожить их на въезде!
Чу Шучжи посмотрел на часы: было около одиннадцати утра. Сколько им придётся ждать?
— Розыск пропавших к нашим обязанностям не относится, — Го Чанчэн выглядел таким радостным, что Чу Шучжи поспешил его охолодить. — Может, просто свалим домой? Ты сам виноват, что поторопился и наобещал лишнего призраку.
Го Чанчэн виновато опустил взгляд, натягивая рукава на костяшки.
— Братец Чу, ты… Ты иди, я сам съезжу. Спасибо за помощь, я ни за что не догадался бы взглянуть на карту дорог.
Чу Шучжи нахмурился.
Испугавшись, что снова наговорил лишнего, Го Чанчэн поклонился ему:
— Я и так тебя сегодня загрузил. Прости. Может быть… Может быть, я как-нибудь угощу тебя ужином?
Чу Шучжи хмыкнул, подхватил свою куртку и пошёл к выходу. Уже у дверей он обернулся и смерил взглядом не решающегося последовать за ним Чанчэна:
— Тебе особое приглашение нужно? Ты разве не хочешь найти девчонку? Двигай давай!
Го Чанчэн немедленно бросился вслед за ним.
***
Добравшись до въезда в город, они остановились там и принялись досматривать приезжих с номерами, совпадающими с областью, где жила пропавшая девочка.
Так прошла целая ночь.
Несмотря на то, что новый год уже был позади, до весны городу Дракона было ещё далеко, и утра и вечера не сильно отличались от зимних. Любой человек, оказавшийся на улице, очень скоро начинал дрожать от холода. А потому Го Чанчэн, когда Чу Шучжи загнал его в тёплую машину, очень быстро там задремал.
А Чу Шучжи принялся его внимательно разглядывать. Временами Го Чанчэн ронял голову на грудь и просыпался, тёр ладонями и лицо и вылезал наружу, чтобы убедиться, что мимо не успел проехать какой-нибудь междугородний автобус. Закутавшись в куртку, он бродил на ветру, пытаясь проснуться окончательно, и возвращался в машину, только совсем окоченев.
