Первый мой клиент, тяжело ступая, уже шел по коридору, а я все слушал, как затихает звук струны. Судя по шагам, он был один. Взвизгнул засов, дверь распахнулась и через дверной проем, ввалился незнакомый мне огромный мужик с каким-то барахлом на подносе. Он успел сделать лишь один шаг, как тонкая змейка обвила его шею. Мужчина был действительно силен и очень быстр. Он даже успел схватить меня за руки. Но я нажал сильнее, и голова его, отрезанная от туловища, полетела в одну сторону, а я отскочил в другую, пытаясь не попасть под пульсирующий поток хлынувшей из него крови.
Несколько секунд на осмотр его барахла мне дали маленький, но очень удобный пистолетик, а точнее, одноручный фиксатор для излучателя и несколько непонятных предметов, которые я быстро рассовал по карманам. Самый главный девайс, лежащий на опрокинутом подносе, был ничем иным как инъектором неизвестной мне конструкции. Все его причиндалы: иглы, баночка с какой-то жидкостью и пачка разноцветных ампул лежали рядом. Ладно, все потом. Да и карточка с забавными иероглифами не сразу, а как бы через паузу сложилась в осмысленные буквы "Хениасин Римос - корабельный врач". А… Да-да. Штатный палач.
Что ж, господин Римос. Вы получили ответ на главный вопрос.
Наполненный тихим, басовитым гулом коридор, неярко освещенный редкими плафонами, уходил от моей двери влево и вправо вперед. Шум раздавался именно с левой стороны. Подумав секунду, направился в правый, полагая, что двигатель и рубка этого пока неведомого мне корабля должны находится в разных местах.
Не успел я пройти и десяти шагов, как из бокового ответвления коридора на меня выскочил еще один человек. Он только успел раскрыть рот, как его шея превратилась в кашу. Убирать его я не стал. Черт с ними, все равно мой побег, наверное, перестанет быть секретом уже очень скоро. А раз так, тратить драгоценные секунды на заметание следов глупо.
Быстрым шагом я пошел вперед, убивая всех, кто попадался на моем пути, пока не ворвался в рубку. Там было пусто, если не считать колобка, пытавшего меня. Надо отдать ему должное, он не удивился, ни разозлился, только глаза его раскрылись словно створки дота перед боем.
Мягко, по-кошачьи, он выпрыгнул из кресла, сделав какое-то немыслимое сальто в воздухе, перевернулся и встал в защитную стойку. Да, красиво, ничего не скажешь. Но от эффектности до эффективности не один шаг.
Уомм рам хам Мало хортанг чейпа…
Ставший вдруг нестерпимо ярким свет рисовал наши зыбкие тени в самом древнем танце. Танце войны. От его дыхания, мощного и ровного, словно дуновение урагана, колебались стены и вибрировал пол. Сила и мощь в вечном поединке со скоростью и точностью.
Махакала вью генпо цог…
Страшной, сокрушающей силой он обрушился на меня. И, наверное, ему показалось, что он победил - улыбка раздвинула его плотно сжатые губы. И поздно, слишком поздно понял он свою ошибку. Проваливаясь в мою защиту, как в капкан, он уже не мог и не успевал ничего сделать, даже если б был богом.
Экадзати маммо нам…
Руки мои - крылья дракона только подправили его движение, сделав его из убийственного самоубийственным.
И только груда изломанных костей и кровавого мяса там, где был крепкий и здоровый мужчина.
Теперь, когда моя жажда крови была утолена, мне оставалось утолить лишь жажду знаний. Для этого я выбрал "богомола". Вопрос лишь в том, где он. И тут мне повезло. Прямо на меня выскочил субтильного вида человечек, явно мечтающий лишь об одном: затеряться и исчезнуть с этого "Летучего голландца". Навсегда!!!
Я ухватил его за шиворот и немного приподнял над полом. Потом, подбирая чужие слова, произнес:
– Длинный, с узкой мордой. Где?
Человечек бился в руках как рыба на крючке, с ужасом глядя на меня. Для общего поднятия тонуса я несколько раз приложил его к стене и в результате добился-таки членораздельного ответа на вопрос.
Придерживая человечка за шиворот, я пустил его вперед как собаку, и через несколько минут он привел меня в узкий коридор, плавно изгибавшийся вправо.
– Ддальше нельзя, - сказал он, стуча зубами от страха.
– Почему? - Строго, как школьный учитель спросил я.
Кивком он показал на большой ярко-красный знак, начертанный прямо перед входом в коридор.
"Стой, стреляю", - машинально перевел я. То есть написанное звучало, конечно же, по-другому, но это был самый точный аналог.
– Механические стражи?
– Нет… Тени.
– Что "тени"?
– Не что, - поправил он меня. - Кто.
– Кто тени? - не сдавался я.
– Тени - Смерть… - Так тихо, что я едва его услышал, произнес он. Черт. Он был мне симпатичен, этот маленький человек. И я вовсе не хотел его убивать.
– Ты кто? - спросил я.
– Ил Ладор.
– Илладор?
– Нет, - поправил он меня. - Ил Ладор.
– Ил Ладор - кто?
– Я, - недоуменно воззрился на меня он.
– Нет, - терпеливо переспросил я. - Что делаешь? Чем занят?
– Механик-инженер.
Инженер это хорошо…
– Слушай, Ил Ладор. Я пойду туда. А ты спрячься подальше. Потом приходи в управление. Я тоже приду туда. - И чтобы он не сомневался, добавил: - Остальные умрут. Ты - будешь жить.
