В крайней палатке послышалось шевеление. Это очнулся от сна водитель второго джипа — Нима. На клич журналиста он быстро выбрался наружу, протирая глаза… Нима был выше двухметрового гостя почти на полторы головы. При виде его «грозный воин» с копьем сразу стушевался и начал искать глазами помощи у окружающих, затем что-то залепетал.
— Вы ничего такого не подумайте, — переводил Техути. — Он просто хотел присоединиться к нам.
— Кто это? — спросила Колобова, которая незаметно оказалась за спиной Виктора.
— А ч-черт его знает, — озадаченно ответил журналист.
— Как он необычно одет, я такого еще не видела.
— Я тоже, — ответил ей Лавров, вглядываясь в белый мех хвоста обезьяны колобуса, украшавший шею незнакомца.
Под мехом скрывалась очень толстая цепь из желтого металла — по всей видимости, золотая.
— Он говорит, что может быть проводником или носильщиком, если вы согласитесь.
— Минуту назад он хотел, чтоб мы ему подчинились, — с улыбкой заметил Лавров.
— Он говорит, что мы неправильно его поняли, — перевел Техути.
— А как он сюда попал? — поинтересовался Лавров у шофера.
— Я не знаю, но он просит подвезти его хотя бы до Борамы.
— Но зачем ему туда? — спросила Колобова.
Техути перевел ее вопрос «агрессивному» гостю, тот немногословно ответил. Пока они переговаривались, Лавров поделился своим мнением со спонсором экспедиции:
— Мне он не нравится!
— Почему? — спросила Сигрид Виктора.
— Слишком изысканно одет как для местных, — ответил журналист.
А Техути перевел ответ незнакомца:
— Он говорит, что не спрашивает у нас о наших целях.
— Спасибо, что разрешил ничего не рассказывать, — влез в разговор Хорунжий.
— Игорь, помолчи! — оборвал режиссера Лавров. — Не стоит начинать знакомство с конфликта.
— Вы слишком привыкли к подчинению вам всех и вся! — упрекнула журналиста женщина. — Мне он нравится…
— Собираетесь отказать? — спросил у Лаврова Техути.
— Нет, пусть едет с нами… В машине Колобовой, — ответил Виктор и указал «агрессивному» на «ровер», которым управлял шофер Нима.
— Как хоть его зовут? — спохватилась Сигрид.
— Его имя Вубшéт, — ответил ей эфиоп.
Хорунжий с интересом наблюдал, как примкнувший к ним попутчик пристраивает свою пику на крышу внедорожника.
— Нам еще одного дылды в машину не хватало! — возмутился Хорунжий.
— Не дерзи, Игорь, а то сейчас переведу ему, и он тебя укусит, — поддразнил товарища Маломуж.
— Хорунжий, со мной поедешь. Маломуж — в машину Сигрид, — скомандовал журналист.
После быстрых сборов машины наконец тронулись в путь.
— А все-таки… Что у этого парня на уме? — задумчиво произнес режиссер.
— Похоже, он нравится остальным, — заметил Лавров, глядя и на оживившуюся охрану, и на водителей. — Техути, пока мы собирались, вы выяснили, откуда он?
— Он вырос в деревне Корилей, — коротко ответил шофер.
— Мне это ни о чем не говорит. Я вырос на Борщаговке. Знаешь, где это?
— Корилей — далеко от того места, где мы его встретили, — объяснил Техути. — Вубшет жил там, пока не умерла его мать. Все, что я выяснил, это то, что между смертью его матери и его желанием поехать в Зейла есть какая-то связь. Он что-то ей пообещал.
— Ты не обратил внимания на форму его глаз? — спросил у Лаврова Игорь. — Странные глазки, не правда ли?
— Такие глаза я раньше видел только в Эрмитаже, в Египетском зале, — задумчиво ответил Виктор. — Этот Вубшет похож на призрака древнего египетского фараона.
— Точно! — подтвердил режиссер. — На Эхнатона!
На обочине дороги машина с Сигрид встретила пожилую негритянку в грязных лохмотьях и с вязанкой хвороста. Нима что-то спросил у нее на местном наречии, Колобова разобрала только слово «Борама».
— Гва-гва гху́ква Бу́рама, — утвердительно сказала женщина и показала рукой впереди себя. — Гуа́ль ку́ба, нягва́й калекапи́со.
— Калекаписо? — ухмыльнулся шофер. — Найн пака́си калехи́? Калехи́?
Негритянка отрицательно покачала головой.
— Скоро Борама? — уточнила Сигрид.
— Да, мэм! — кивнул шофер.
— А что такое «кале-каписо»?
Чернокожий автоматчик с пассажирского сиденья мрачно взглянул на любопытную шведку.
— Вам не понравится, — уклончиво ответил Нима.
— Ну и ладно, поехали скорее! — вмешался Маломуж.
— Да, сэр, — живо согласился шофер и рванул «ленд ровер» вниз по склону холма.
Оставалось только удивляться, как этот непомерно длинный гигант управляет такой маленькой машинкой: колени Нимы были почти у его подбородка. Рядом со шведкой справа сидел еще один тощий великан, но чуть поменьше, а слева находился Маломуж, который постоянно отпускал какие-то шуточки. Сигрид очень не хотела ехать между двумя мужчинами, но деваться было некуда. Командовала здесь не она, а тот вредный журналист из второго джипа — Виктор Лавров.
