– Ох, дурак – дураком! У него две недели запор – живот барабаном, – а он пьёт мочу, потому что, знаете ли, так лечилась его бабушка, которая дожила до девяносто пяти лет! В конце концов от запора у него случилось отравление, температура под сорок, его везут к нам. Он бредит про какие-то «миазмы в кишках» и просит нас их удалить. Мы тащим его в процедурную на клизму. Он вырывается и орёт: «Вы сборище бездарей! Я сказал вам вырезать мне миазмы! Куда вы меня тащите? Живодёры! Я вас засужу! Вы все сядете!». Ну, мы взяли зонд. Один конец – задний проход, другой подцепили к крану и открыли воду.
– Прошли «миазмы»? – со смешком поинтересовался Яскула.
– Как рукой сняло, – медсестра плавно провела рукой по воздуху.
–Эх, если бы всем можно было помочь клизмой!
Но только врачам дано видеть и понимать, как наряду с относительно безобидными симптомами анемии спокойно соседствуют смертельно опасные.
Восемь месяцев назад, когда Яскула дежурил в «скорой», ему привезли девочку-подростка с высокой температурой, рвотой и мышечными судорогами. На первый взгляд признаки менингита. Девочку отвезли в реанимацию, взяли анализы и срочно принялись лечить рвоту и судороги. Но анализы менингит не показали, рвота и судороги не прекращались. Яскула ломал голову, а тем временем девочке становилось всё хуже: давление падало. Наверное, Николай Сергеевич никогда бы не узнал, что случилось с его пациенткой, если бы после трёх часов тщетных попыток стабилизировать больную не ворвался главврач со словами:
– Николай Сергеевич, пожалуйста, уступите мне место! Я хочу кое-что проверить!
Яскула подвинулся. Дмитрий Михайлович поднял голову девочки и наклонил к её груди. Вдруг ноги больной, лежащей без сознания, сами по себе согнулись в коленях. Главврач опустил голову – ноги выпрямились. Яскула ничего не понимал. Главврач согнул правую ногу девочки – левая нога плавно, будто была привязана к правой, согнулась вслед.
– У девочки анемическая кома, – сказал Дмитрий Михайлович. – Очень редкая патология.
– Как её лечить?
– В наших условиях никак, – покачал головой главврач, – ребёнка спасёт только витамин В12. Мои соболезнования.
Менее чем через сутки пациентка скончалась, и Яскула потом ещё долго переживал.
В десять часов на приём явился Спицын.
– Как вы себя чувствуете? – спросил Николай Сергеевич.
– Чихаю, доктор. Нос заложен, – Спицын высморкался. – Ещё сыпь какая-то появилась. Чешется.
– Сыпь? Давайте посмотрим. Проходите за ширму и раздевайтесь, – Яскула надел перчатки.
Спицын снял кофту:
– Вот, доктор, на животе сбоку и подмышками.
– Хорошо, поднимите руки.
Спицын сделал, как ему велели. Ожидая обнаружить мелкие розовые пятнышки, Яскула насторожился при виде ярко-красных папиллом с гнойным содержимым, кучковавшихся на увеличенных лимфоузлах.
– Опустите руки и откройте рот.
Спицын высунул язык. Николай Сергеевич посветил фонариком на покрытые белым налётом миндалины.
– Скажите, у вас горло не болит?
– Першит, доктор. Но что поделать – я аллергик. Я нас, аллергиков, всегда першит в горле.
– Одевайтесь, – Ясула вышел из-за ширмы. – Выпишите Спицыну направление на госпитализацию в инфекционное отделение, – сказал он медсестре.
Женщина несколько удивилась.
– В инфекционное отделение? Что со мной доктор? Вы меня пугаете! – пробубнил Спицын, натягивая через голову свитер.
– Одевайтесь и выходите. Я сейчас вам всё объясню. Спицын вышел и, напяливая на хожу очки, сел на стул.
– Я думаю, вы подхватили инфекцию, – серьёзно сообщил Яскула. – Какую точно, сказать не могу. Нужно сдать анализы. Если инфекция действительно есть, вы можете заразить других, пока мы ждём результатов. Поэтому денька два вы посидите на карантине.
– Доктор, а если ничего не будет?
– Тогда я сразу вас выпишу.
Спицын успокоился. За десять лет он ни разу не болел гриппом или простудой и был уверен, что сейчас он тоже здоров и доктор напрасно волнуется. Больной взял направление, позвонил жене, чтобы та привезла ему вещи, и в сопровождении медсестры пошёл в палату.
– Я поражаюсь вам, Николай Сергеевич, – воскликнул женщина, вернувших к Яскуле, – ну какая инфекция?
– Самая обыкновенная, – доктор внёс запись в медкарту.
– Но, позвольте, откуда? На Кеплере любые возбудители, попав из организма в воздух, мгновенно погибают.
– Вы, сами того не ведая, отвечаете на свой вопрос. В воздухе возбудители погибают, но внутри нас они продолжают жить. Все эти запоры, сердечные недостаточности, выпадение волос и ногтей, аллергии, извращенные вкусы, бессонницы – ни что иное, как симптомы анемии! Мы привыкли лечить одну только анемию, и у нас создалась страшная иллюзия, будто других болезней в природе больше не существует. Но они никуда не делись, они просто затаились и ждут часа, когда наш измотанный вегетарианством иммунитет наконец даст слабину.
В половине одиннадцатого пришла Емельянова. Она беспрестанно вытирала шею и лоб носовым платком.
– Что такое? Вам душно?
– Доктор, с меня пот градом течёт – одежду выжимать можно!
– Как давно?
–Уже три дня.
