— Это не грязь, а что-то вроде дегтя, все посмеивалась Краснова. — Уже не одну: бутылку денатурата израсходовали, отмывая потеки… Я же говорю: кто-то с нами упорно спорит… Ну да у нас терпения хватит!
— Этот пример нас предупреждает, с какими трудностями мы встретимся, как только объединим наши парторганизации, создадим районную парторганизацию во главе с райкомом партии и таким образом вроде бы легализуемся на законных основаниях, — сказал Костырин и проницательно посмотрел на Галину Сидоровну. Ему было интересно узнать не по ее словам, а по ее глазам и лицу, понимает ли она те трудности, с которыми она и другие члены партии встретятся после того, как станут жить, работать и общаться с разными людьми в положении открытого людям коммуниста. Тем самым он хотел сказать ей, что работать в условиях официальной (сверху) дискриминации и полузапрета коммунистической деятельности, партии все равно будет нелегко действовать и на легальном положении. Это распространится и на районные, и на первичные организации партии, трудно будет и каждому члену партии в целом.
Галина Сидоровна отлично его поняла, ее серые всегда спокойные, мягкие глаза вдруг наполнились острым блеском вороненой стали, она как бы укрепляясь на стуле, пошевелила могучими плечами, подвигала по столу круглыми локтями, но спокойно, чуть покрепчавшим голосом проговорила:
— Все будет зависеть оттого, что люди будут видеть в нашей работе и в нашем поведении. Будут они видеть в нас своих защитников и старателей в их судьбе, сплотятся вокруг нас, не дадут нас в обиду, пойдут за нами на все дела наши.
Она с жаром стала развивать свою мысль в том направлении, как надо работать коммунистам с трудовыми людьми, чтобы не только завоевать их доверие, но и оправдывать то назначение коммунистов, которое им уготовила история, и не повторить второй раз своей исторической ошибки. Она говорила с такой увлеченностью, что моментами забывалась, перед кем она говорила. Она только чувствовала, что ей необходимо было сказать те мысли, какие она носила в голове последние дни.
Она говорила о своем убеждении, что партия должна помочь трудовым людям понять, что терпеть унижение и бесконечное принуждение капитала нельзя, что такое терпение противоречит даже самим законам жизни, тормозит ее движение на пути развития.
Костырин сам плоть от плоти людей труда превосходно понимает, что составляет базу жизни, но он также превосходно понимает всю сложность биологии рабочей трудовой среды, которую сама социальная природа удерживает в состоянии ожидания накопления необходимого количества взрывчатого вещества для взрыва закосневшего качества.
Костырин был обрадован тем, что Краснова понимает общественно-политическую обстановку в жизни, понимает психологический надлом в среде основной общественной силы и находит те элементы, которые станут молекулами для накопления изменений психологии большинства людей, униженных в своем человеческом достоинстве. Он ответил Красновой:
— Вы правы, Галина Сидоровна, я согласен с вами на все сто процентов. Вот, наверно, и надо начинать о того, как вы строите свою работу. Это очень хорошо, что ваш магазин получил оценку как народный магазин. Люди так и говорят: иду в народный магазин, иди в народный магазин — там дешевле.
— В самом деле? — смеясь, искренне удивилась Галина Сидоровна, — То, что цены в нашем магазине ниже рыночных, тем более, ниже цен во всех магазинах города, нам известно, потому что мы сами их назначаем, — достала из стола сведения, собираемые Золотаревым о рыночных ценах. — Вот Петр Агеевич мне приносит три раза в неделю собранные на рынке сведения о ценах, и мы применительно к ним назначаем цены своим продуктам. Это нам позволяет успешнее решать, первое, коммерческие дела наши, второе, привлекать покупателей и увеличивать объем реализации, выручать оптовиков, за что они делают скидки нам на цены реализации, но, главное, позволяет нам оказывать хоть какую-то помощь обнищавшим вконец людям. Однако до народного магазина нам еще далеко, это совсем другое дело — народный магазин, для этого много надо. По предложению Петра Агеевича мы создали кассу взаимопомощи, куда привлекаем наших покупателей, лелеем перерастить ее в потребительские паи для создания свободных оборотных средств потребительского кооператива, конечно, по коллективному решению.
— Но люди еще не знают, что директор этого магазина — коммунист, — заметил Костырин.
Галина Сидоровна на минуту задумалась, потом сказала: —
