«Просветительская» деятельность Крушевана находила полное понимание и поддержку вице-губернатора В.Г.Устругова, на плечи которого губернатор фон Раабен, человек добродушный, «приятный во всех отношениях», но утративший контроль над делами, переложил все повседневные проблемы управления Бессарабией. Устругов изыскивал время писать и печатать у Крушевана в «Бессарабце» свои юдофобские статьи. Считая евреев «чумой, напавшей на губернию», и своим проклятием, рьяный служака Устругов притеснял их как мог, вводя различные ограничения с крайней жёсткостью, зачастую преступая рамки и без того суровых по отношению к евреям законов. Жалобщиков гнал в шею. Обидчиков евреев ни разу не наказал. Сослуживцы и подчинённые брали пример с вице-губернатора-антисемита. Потому-то и складывалось в низах мнение, что расправа с евреями угодна высшим властям и останется безнаказанной.
Начальник местного жандармского отделения полковник И.Г.Чарнолуский видел в евреях источник антиправительственных революционных настроений, а потому поддерживал издания Крушевана как надёжный заслон на пути государственной крамолы.
Параноидальная зацикленность Крушевана на иудейском враге привлекла внимание состоятельного купца-подрядчика Георгия Пронина, который за финансовую нечистоплотность был выдворен из Одессы, где он хорошо «нагрел руки» на мощении улиц. Обосновавшись в Кишинёве, прохвост уподобился щуке, которую бросили в реку: он и здесь трудился «по специальности». Подрядившись привезти первоклассную брусчатку, которой мостили якобы саму Красную площадь, он вместо гранита поставил в Кишинёв бросовые отходы. Прибыль он получил баснословную, но тут дорожку ему перебежали конкуренты-евреи, заказы стали уплывать к ним, поскольку работали они качественнее и дешевле. Репутация подрядчика зашаталась, доходы резко сократились; он жаждал отомстить жидам.
И Пронин сделал ставку на Крушевана. Тот писал дни и ночи, как одержимый, а Пронин поддерживал автора деньгами и распространял его писания среди своих рабочих. Он не пожалел средств, чтобы нанять писца, который переписывал во множестве письма-воззвания, своего рода листовки, которые расходились в трактирах, харчевнях, кабаках, на базарах. Они были обращены к непросвещённой публике, играли на чувствах простонародья. Вот образчик подобной стряпни, сохранившийся у хозяина трактира «Москва» Григорьева: «Так издевается этот подлый народ над нами, русскими… А сколько они приносят нашей матушке России вреда?.. Они хотят завладеть ею. Они печатают разные прокламации к народу, чтобы возбудить его против власти, даже против нашего царя-батюшки, который знает, что за подлый, лукавый, лживый и сребролюбивый это народ и не даёт ему воли. Вот они и хотят этими смутами под шумок добиться себе большой воли. А дай только волю жиду, тогда он воцарится на нашей святой Руси, заберёт всё в свои лапы и будет не Россия, а Жидовия». И тут же попутно доверенные (купленные) людишки распускали слухи о том, что сам царь-батюшка разрешил на Пасху бить жидов в течение трёх дней. Отправлялись гонцы и в окрестные сёла, но многие молдаване отказывались примкнуть к погромщикам: «У царя есть войско, пусть солдаты бьют жидов, нам это без надобности». Хотя нашлись и охотники пойти в город с вилами и топорами ради поживы.
Избранный глава совета кишинёвских ремесленников А.И.Степанов жестоко ненавидел евреев, видя в них успешных конкурентов. Личность тёмная, необразованная, он вошёл в роль защитника христианских тружеников от «кровопийц и эксплуататоров» евреев. Он оказался верным сподвижником Пронина.
