Ангар представляет собой огромное прямоугольное здание, внутри все покрыто толстым слоем пыли и паутины. В центре палубы находится серебряная семидесятиметровая роскошная яхта в виде летящего воробья. Модель построена на заказ на верфях Венеры. Пафосное, скоростное судно, идеальное для неприлично богатых беженцев. Квиксильвер предоставил ее нам, чтобы мы смогли затеряться среди кораблей, эвакуирующих представителей высших цветов. Грузовой шлюз в хвостовой части корабля открыт, внутри «птичка» начинена черными контейнерами с логотипом «Сан индастриз» – крылатым каблуком. В контейнерах – последние технологические новинки оружейного дела и военного оснащения на миллиарды кредитов.
– Ох, нравится мне наш новый богатенький друг! – восхищенно присвистывает Холидей. – Да мне годовой зарплаты не хватило бы даже на то, чтобы залить этой пташке полный бак, ну разве что наполовину!
На другом конце ангара, у подножия трапа, нас ожидает пилот Квиксильвера: молодая стройная синяя. Бровей нет, лысая голова, под тонкой кожей извиваются голубые жилки – субдермальные синаптические линии, с помощью которых она поддерживает дистанционную связь с кораблем. Она внимательно смотрит на нас широко открытыми глазами. Очевидно, до настоящего момента девушка и не подозревала, кто окажется ее пассажиром.
– Сэр, лейтенант Вирга к вашим услугам! Сегодня я буду вашим пилотом! Должна сказать, для меня это большая честь!
Яхта трехуровневая, верхний и нижний уровни предназначены для золотых, а средний – для поваров, прислуги и команды корабля. Тут есть четыре большие каюты, сауна, в пассажирском салоне – кожаные кресла кремового цвета, на ручках аккуратно разложены смешные маленькие шоколадки и салфетки, и так до командного мостика. Кладу одну шоколадку в карман. Потом на всякий случай еще парочку.
Холидей и Вирга готовят корабль ко взлету, а я снимаю импульсные доспехи и достаю из контейнера, стоящего посреди пассажирского салона, зимнюю экипировку. Надеваю тончайший костюм из нановолокна, обтягивающий тело не хуже скарабея. Только он не черный, а белесый и немного жирный на ощупь, за исключением рифленых вставок на локтях, перчатках, заднице и коленях. Костюм предназначен для полярных температур и долгого пребывания в воде, а еще он килограммов на пятьдесят легче, чем импульсные доспехи, защищен от ошибок цифрового оборудования и не требует подзарядки аккумуляторов. Мне, конечно, приятно носить последнюю новинку техники, купленную за четыреста миллионов кредов, благодаря которой я превращаюсь в летающий танк, но иногда гораздо важнее, чтобы задница была в тепле, а если нам понадобятся импульсные доспехи, так они всегда под рукой.
Завязывая ботинки, я поражаюсь мертвой тишине, стоящей в грузовом отсеке и ангаре. Таймер на планшете показывает, что до взлета еще пятнадцать минут, потому я сажусь на край трапа, свесив ноги, и жду Рагнара. Достаю из кармана шоколадки и медленно снимаю фольгу. Откусываю половину, но не жую, а, как всегда, жду, пока она сама растает у меня на языке. Потом, по обыкновению, не выдерживаю и съедаю все сразу. Эо умела растянуть на несколько дней любую чудом доставшуюся нам конфету.
Ставлю планшет перед собой и смотрю записи с камер на шлемах моих друзей, ведущих войну за Фобос. Из динамиков доносятся их голоса, гулко звучащие в огромном помещении с металлическими стенами. Севро со своим звеном мчится через центральную систему вентиляции, сотни Сынов проходят сквозь воздуховоды. Мне стыдно, что я наблюдаю за ними со стороны, но каждый из нас должен сыграть свою роль.
Дверь, через которую мы вошли в ангар, со скрипом распахивается, и в проеме появляется Рагнар и двое черных упырей. Они только что вернулись с поля боя, светлые доспехи Рагнара покрыты вмятинами и пятнами крови.
– Был ли ты снисходителен к дуракам, патриций? – кричу ему я, старательно копируя манеры знатных ауреев.
Вместо ответа Рагнар бросает мне трофей: искореженный золотой скипетр, символ власти высших военных чинов. Скипетр венчает фигурка кричащей баньши, залитая кровью.
– Башня взята! – сообщает Рагнар. – Ролло и Сыны завершат начатое. Эти пятна крови принадлежат вице-губернатору Присцилле Каан.
– Отличная работа, друг мой! – отзываюсь я, беря скипетр в руки.
На нем выгравированы все подвиги семьи Каан, владеющей обоими спутниками Марса и когда-то выступившей в войне на стороне Беллона. Среди великих воинов и государственных деятелей я замечаю изображение молодого человека, стоящего рядом с конем.
– Что-то не так? – спрашивает Рагнар.
– Все в порядке, – тихо отзываюсь я. – Просто я знал губернаторского сына Приама. Он казался неплохим человеком.
– Мало быть неплохим человеком, – задумчиво произносит Рагнар. – Не в их мире.
– Передашь это своей сестре, – согласно киваю я, ломаю скипетр о колено и кидаю Рагнару. – Нам пора!
