Рагнар и Холидей поддерживают мое решение. Черный начинает собирать оружие, серая проверяет заряд винтовки, а вот Мустанг не спешит. Мне кажется, она чего-то недоговаривает.
– Что такое? – поворачиваюсь к ней я.
– Понимаешь, насчет Кассия… – медленно произносит она. – Я же не могу на сто процентов утверждать, что это он. А если он не один? Вдруг с ним Айя?
Ураган начинается, когда мы карабкаемся по скалистому отрогу горы. Вскоре мы перестаем видеть дальше своего носа. Серые острые снежинки колют нас, словно стальными иглами. Метель скрывает все: небо, лед, горы на материке. Мы идем согнувшись в три погибели, щуримся в щели капюшонов-балаклав. Лед хрустит под ногами, завывания ветра оглушительны, словно шум водопада. Упорно передвигаю ноги, заставляя себя двигаться дальше. Мы с Мустанг и Холидей связаны веревкой – так делают черные, чтобы не потеряться во время шторма. Рагнар шагает впереди; как он тут ориентируется, мне совершенно непонятно.
Черный возвращается к нам, легко перепрыгивая с камня на камень, и делает знак следовать за ним.
Легко сказать: в нашем крошечном мирке бушуют яростные стихии. Горы скрыты под белым покровом, нависающие над нами скалы – единственная защита от ветра. Мы карабкаемся по острым черным камням, раздирая о них перчатки, а ураганные порывы упорно пытаются сбросить нас в очередную расселину или бездонное ущелье. Мы все еще живы только благодаря физической нагрузке. Холидей и Мустанг двигаются быстро, и через час такого ужасного путешествия Рагнар приводит нас к проходу в горах. Ураган немного стихает. Внизу на горном склоне виднеются очертания подбившего нас корабля.
Мне жаль этого красавца. Очертаниями напоминает акулу, роскошный, усыпанный звездами хвост говорит о том, что это длинное изящное гоночное судно сошло со знаменитых верфей Ганимеда. Чьи-то руки с любовью выкрасили его в алый и серебряный цвета. А теперь обломки почерневшего корпуса раскиданы по всему горному хребту. Кассию – если это и правда он гнался за нами – пришлось нелегко. Хвостовую часть корабля оторвало, она лежит примерно в полукилометре от остального корпуса. Кажется, что рядом никого нет. Холидей проводит рекогносцировку, используя оптический прицел винтовки, – никаких признаков жизни или движения.
– Тут что-то не так, – шепчет Мустанг, присаживаясь рядом со мной на корточки. С лезвия на ее плече на меня смотрит физиономия ее отца.
– Ветер против нас, запахов не разобрать, – кивает Рагнар; его черные глаза обшаривают горные пики в поисках угрозы.
– Мы не можем рисковать. Вдруг они откроют огонь из засады? – говорю я, чувствуя, как шторм снова набирает силу. – Надо спешить туда! Холидей, прикроешь нас! – командую я.
Серая выкапывает в снегу небольшой окоп, ложится в него и закрывается термоодеялом. Мы засыпаем ее снегом поверх одеяла, торчит только дуло винтовки. Потом Рагнар съезжает вниз по склону, чтобы заняться хвостовой частью корабля, а мы с Виргинией бежим к корпусу.
Пригнувшись, пробираемся по камням, нас подгоняет с новой силой задувший ураганный ветер, и корабль мы видим, лишь подойдя к нему на пятнадцать метров. Последние метры ползем по-пластунски, находим пробоину в фюзеляже – как раз в том месте, куда попала торпеда Рагнара. Вообще-то, я ожидал увидеть лагерь боевых цветов и золотых, готовящихся выследить нас, а этот корабль напоминает сведенный судорогой труп. Энергоснабжение то включается, то отключается. Внутри стоит гулкая пустота, темно, хоть глаз выколи. Мы движемся к центру судна, и тут я слышу, как на пол гулко падают большие капли. По запаху я не глядя понимаю, что это кровь. В пассажирском отсеке находим на полу дюжину серых. Они в лепешку расшиблись, когда корабль упал и напоролся на скалы. Мустанг опускается на колени рядом с искалеченным телом одного из серых и внимательно осматривает его форму.
– Дэрроу, гляди! – Она оттягивает мертвецу воротник и показывает татуировку.
Цифровые чернила продолжают мерцать даже на мертвой плоти. Легион XIII! Значит, здесь и правда был Кассий. Вращая ручку лезвия, меняю форму извивающегося клинка, делая его более коротким и широким, – с таким оружием легче управляться в тесных коридорах корабля.
