–
– Ты цела? – бросаюсь я к Виргинии, но она уже поднялась на ноги, хотя из-под ключицы торчит обломок стрелы.
– Что она сказала? – спрашивает Мустанг, не отвечая на мой вопрос. – Ты лучше меня знаешь язык нагалей!
– Я не разобрал, это диалект какой-то, – отвечаю я.
Черная говорила чересчур гортанно, но Рагнар, конечно, все понял.
– О меченый сын, убей меня, и я воссияю золотой! – объясняет Рагнар. – Пожиратели едят все, что найдут, – он кивает в сторону мертвых ауреев, – но тот, кто вкусит плоть богов, обретет бессмертие. Сюда придут и другие.
– Даже в такой ураган? – недоверчиво спрашиваю я. – Разве грифоны могут летать в такую погоду?
– Эти твари не летают на грифонах, – скривившись от отвращения, сообщает он нам. – Они будут искать укрытие.
– Как насчет второй половины корабля? – не унимается Мустанг. – Нашел припасы? Там кто-то есть?
– Тела. Корабельные орудия, – качает головой Рагнар.
Отправляю его за Холидей – прикрытие нам больше не требуется. Мы с Виргинией собираемся обшарить корабль в поисках снаряжения, но я стою на месте, словно парализованный, и зачарованно смотрю на остатки жуткого пиршества. Возможно, золотые – наши враги, но здесь совершенно по-другому понимаешь, что твоя жизнь гроша ломаного не стоит. В произошедшем есть зловещая ирония: никто не говорит о морали, но ведь ауреи сами внушили священный ужас местным представителям низших цветов, чтобы управлять ими железной рукой. Так что несчастных засранцев сожрали их собственные домашние любимцы.
Мустанг склонилась над одним из черных, морщась от боли в простреленном плече, из которого все еще торчал обломок древка.
– Ничего не случилось? – спрашивает она, заметив, что я молчу.
– Они были еще живы, когда пришли эти чудовища. Просто застряли в паутине, – отзываюсь я, показывая на сломанный ноготь одного из золотых.
Мустанг печально кивает и протягивает мне свою находку. Сняла с черного шесть колец братств, которые выдают в училище. Два кипариса братства Плутона, сова Минервы, молния Юпитера, олень Дианы и еще одно, братства Марса. Беру украшенное волчьей головой кольцо и кручу в руках.
– Надо найти его! – твердо произносит Мустанг.
Смотрю на подвешенных вниз головой золотых. У них нет ни глаз, ни языков, но даже по изуродованным лицам ясно, что моего бывшего друга тут нет. Мы обходим остальные помещения и обнаруживаем несколько небольших кают люкс. В одном из шкафов Мустанг находит красивую кожаную шкатулку, в которой лежат несколько пар часов и крошечные серебряные сережки с жемчужинами.
– Кассий был здесь, – тихо говорит она.
– Это его часы?
– Не знаю, но это мои сережки.
Помогаю Мустанг вытащить стрелу из плеча прямо здесь, в каюте Кассия. Она молча терпит, пока я отламываю наконечник, прижимаю ее к стене и быстрым рывком выдергиваю древко. Золотая сгибается пополам от боли, а я присаживаюсь на край упавшего с потолка матраса и смотрю на нее. Мустанг не любит, когда к ней прикасаются, если она ранена.
– Заканчивай, – выпрямившись, сквозь зубы говорит она.
Специальным медицинским пистолетом накладываю блестящие полоски регенератора спереди и сзади, ровно под ключицей. Повязка остановит кровотечение и восстановит ткани, но рана не заживет моментально, и еще несколько дней Мустанг будет двигаться медленнее обычного. Натягиваю тюленью шкуру обратно на обнаженное плечо. Золотая сама застегивает комбинезон спереди, прежде чем заняться моей раной. Воздух наполняется ее дыханием, мы так близки, что я как будто ощущаю запах тающего на ее волосах снега. Она приставляет медпистолет к моей челюсти и наносит на рану тонкий слой микроорганизмов, которые проникают в поры и застывают, образуя похожее на плоть антибактериальное покрытие. Рука чуть дольше, чем нужно, остается у меня на затылке, пальцы гладят меня по волосам, словно Мустанг хочет сказать что-то, но никак не может подобрать слова. Она молчит, и тут возвращаются Холидей и Рагнар. Холидей зовет меня, я сжимаю здоровое плечо Мустанг и выхожу из каюты.
Бо́льшая часть экипировки утеряна. В футлярах не хватает нескольких комплектов оптики, оружие пропало, кое-какие вещи разбросало по горам, когда корабль развалился и из грузового отсека все выпало. Остальное либо уничтожено черными, либо поломалось во время кораблекрушения. Мне не удается найти ничего, кроме антенны от передатчика и интеркома.
