Арсений кашлянул и стал выкладывать на стол коробки с московским шоколадом и печеньем от Робинсона, бутылку шампанского и бутылку превосходного французского коньяка «Хеннеси».
— Прошу, располагайся. — Адель указала на стулья. — Садись вот здесь.
Он сел на стул и, пока Адель хлопотала возле стола, стал небрежно листать журнал «Флирт». На столе появились тарелки с закуской: бужениной и рыбой.
— Тебе нравиться мой наряд? — прервала молчание француженка.
— Да, недурно. Только духи очень пряные. От таких запахов, у меня болит голова.
— Странно. — Надула губки Адель. — Мне их госпожа Карницкая рекомендовала.
— Плохой совет! — саркастически заметил юноша. — Такими духами пользуются девочки в борделях. В остальном ты — ослепительна! А эта чёрная шляпка со страусиными перьями и вуалеткой, придаёт тебе манящую таинственность, так как полностью закрывает твоё лицо. Маргарита Львовна не жалует молодых девушек рядом со своей неотразимой красотой.
— Шутник ты! — рассмеялась Адель.
Арсений разлил шампанское по бокалам, открыл коробки с шоколадом и печеньем.
Адель отправила в рот кусочек шоколада.
Он откинулся на спинку дивана и зажёг папиросу. Затянулся и выпустил голубоватое облачко дыма.
— У тебя приятный аромат папиросного дыма, — заметила девушка. — Дай мне попробовать.
— Разве ты куришь? — он удивлённо выломил бровь.
— Нет. Но хочу научиться. Нынче модно курить.
— Вот и кури дамские пахитоски. Вообще-то я не люблю, когда от женщины пахнет табаком.
— Такую неприятно целовать?
— Что поделаешь, если я брезгливый.
Через несколько минут их мирной беседы, Арсений, медленно, маленькими глотками, смакуя шампанское, спросил:
— Говоришь, Маргарита Львовна очаровала тебя.
— Я была тронута. Такое внимание!
— Хм, — хмыкнул он. — Значит, тебе льстит внимание этой дамы и господина Измайлова. И что ты им должна за это?
От такой прямоты Адель, на миг, потеряла дар речи.
— Я не думала об этом, — запинаясь, произнесла она.
— Адель, ты знаешь, я люблю ясность и хочу, чтобы ты была со мною откровенна. — Арсений взял руку девушки и удержал в своей. — Я не смогу смириться с мыслью что ты, именно ты, послужишь орудием в чужих руках против моего отца, равно как и против меня. Я желаю получить немедленный ответ. — Он говорил, наклоняясь всё ближе и ближе к Адель. — Возможно, я не прав. Во всяком случае, мне ничто не помешает узнать правду и тогда…
— Что? — Адель высвободила руку.
— Ты станешь моим врагом! — холодным тоном бросил ей в лицо Арсений.
— Я не хочу быть внизу! — всплеснув руками, в отчаянье воскликнула француженка. — Но и тебя огорчать мне немыслимо.
— Выходит, я прав. Интрига?!
— Господин Измайлов и Маргарита Львовна заключили сделку. Ставка — состояние Рунича.
— Изысканная месть. Браво! — Арсений зааплодировал. — Ай, да Маргарита Львовна! Что обещано тебе?
— Деньги.
Арсений был сражён признанием француженки. Он залпом проглотил содержимое бокала. Голос девушки вывел его из замешательства.
— Арсений, пойми, — она умоляюще смотрела на него. — Мне невыносимо так жить. У меня нет средств. Не отдаваться же мне мужчинам за кусок хлеба и при этом остаться порядочной. Поэтому я согласилась на эту сделку. Не осуждай меня.
Он вздрогнул и опустил глаза.
— Ты права. Чтобы избежать бесчестья, это единственный выход.
— Мой дорогой, — помолчав, добавила француженка. — Твой отец нисколько не обеднеет, если мы выиграем у него немного денег. Ведь я понимаю, разорить его невозможно. Да, мне и не нужно этого! Он всегда был добр ко мне. Я просто хочу стать богатой и свободной.
Нахмурившись, Арсений, казалось, не слушал её.
Вначале признание Адель вызвало в нём раздраженное возмущение, но поразмыслив, он понял, что в словах француженки есть доля истины.
«Мне тоже нужны немалые средства, чтобы увезти Елену и жить с ней безбедно. — Мысленно рассуждал он, слушая сбивчивую речь француженки. — Даже если я потребую, отец никогда не согласиться на выделение, полагающегося мне, по закону, наследства. Это уничтожит его „Дюссо“. А если воспользоваться ситуацией. Чем я рискую? Ничем».
— Я не имею права осуждать тебя, — более мягким тоном сказал он огорчённой француженке. — Тем более что ты потеряла выгодное место из-за меня. Ты вправе поступать так, как считаешь нужным, и устраивать свою жизнь по своему вкусу. Я понимаю тебя.
Адель взглянула на него и облегчённо вздохнув, улыбнулась.
— Разве мужчины утруждают себя пониманием женщин? Они просто обладают ими.
Его губы сложились в ироничную усмешку.
— Недурно сказано.
Адель усадила его рядом с собой на софу, придвинулась ближе и, припала головкой к груди. Арсений обнял её за талию.
— Я так несчастна, — вздохнула она тревожно.
— Почему, ты несчастна? Скоро весь мир будет у твоих ног. Так в чём дело?
— Он мне не нужен без тебя. — Глядя ему прямо в глаза, ответила Адель. — Арсен, не мучай меня.
Арсению было стыдно. Адель просила о помощи, о нежности и любви. Но он не мог переступить через себя. Каждой клеточкой своего тела он чувствовал прикосновения Елены и не мог ничего обещать Адель.
— Однако, — произнёс он. — Уже пора.
