— Она не содержанка! — воскликнул Арсений.
— Ты это знаешь наверняка?
— Знаю.
Он налил вторую рюмку.
— Много пьёшь, дорогой, — резонно заметила Маргарита Львовна.
— Я не об этом пришёл с вами говорить.
Глядя на его побледневшее лицо, Карницкая задумалась. Видела, сын Андрея не шутит.
— Неужели ты настолько потерял голову, — наконец спросила она. — Что готов даже на конфликт с отцом?
— Это чувство сильнее меня. Оно огромно и необъяснимо. Помогите мне, Маргарита Львовна и я сделаю для вас всё что угодно! — умоляя, Арсений схватил её за руку. — Всё, что вы захотите!
— Даже это? — женщина провела кончиками пальцев по его губам.
Он отпрянул от неё.
— Ты же сам сказал — всё.
Она поцеловала его в губы.
— Я хочу, чтобы мы стали любовниками. Или я тебе не нравлюсь? Мне казалось, я всегда смущала тебя.
Арсений, решительно обняв её за талию, привлёк к себе.
— Ну же, смелее… — Маргарита Львовна, с вызовом смотрела ему в глаза. — Тебя надо учить, как любить женщин?
— Не надо, — пересохшими губами прошептал он и, пересилив себя, склонился к ней.
— Довольно! — Карницкая оттолкнула его. — Вижу, ты, действительно, на всё готов из-за неё. Не бойся. Я не стану больше соблазнять тебя. Просто, когда я вижу тебя, то всегда думаю, что, таким как ты, в юности, был Андрей. Жаль, что я не встретила его тогда. Быть может, ты был бы сейчас моим сыном.
Она отошла к окну.
— Мы договорились? — прервал молчание Арсений.
— Ты уедешь с ней?
— Да.
— Хорошо. Я помогу тебе, при условии. Если ты, поможешь нам.
— Уговор.
***
Обед в доме господ Карницких подходи к концу, как и любезные разговоры, которыми Маргарита Львовна услаждала Глеба Александровича и его спутницу, мадемуазель Бове.
— Отчего вы такая бледная и глаза покраснели? — она взяла девушку под руку и повела её в гостиную, подав прислуге знак рукой, убирать со стола. — Так и недолго зачахнуть, мадемуазель!
Адель не считала свою внешность изысканной, однако замечание такой дамы, как Маргарита Львовна, привело её в замешательство. Она опустила глаза.
— Вы явно не выспались.
— Почему вы так решили, Маргарита Львовна?
— Глеб Александрович, под строжайшим секретом, поведал мне, что в «Дюссо» вы пользуетесь большим вниманием со стороны мужчин. Не думаю, что их привлекает в вас только страсть к игре.
— Думаете? — Адель улыбнулась, стараясь скрыть за беспечностью тоску.
— Безусловно! — воскликнула госпожа Карницкая. — Так какой же неблагодарный смог вызвать грусть на вашем очаровательном личике? Глазки покраснели. Верно, он заставил вас плакать. Адель, дорогая, оставьте этого бездушного тирана!
— Нет, нет. — Произнесла француженка. Ей не хватало мужества признаться в своём смятении. — Вы правы, я дурно спала этой ночью.
— Оттого и утомлена. Милая моя, всё поправимо! Глеб Александрович находит в вас немало грации и обаяния. Особенно он отмечает ваш цепкий ум. Уверяю вас! Поскольку господин Измайлов крайне скуп на комплименты, это дорогого стоит. Ну, что же вы молчите, Глеб Александрович? — обратилась она к Измайлову.
— Это так, — подтвердил мужчина, удобно располагаясь на софе. — В вас, Адель, бездна вкуса и очарования.
От этих слов, тоска в душе девушки исчезла, уступая место волне ликования.
— Однако, — продолжил Измайлов. — Дело ещё не выиграно. Так что, придётся долго терпеть не всегда приятное общество, дорогая моя Адель.
— Будьте уверены, — ответила ему Маргарита Львовна. — Очень скоро мы испытаем истинное наслаждение победой.
— Каким образом, разрешите узнать? — буркнул Глеб. — Вчера я просто ощущал на себе пристальный взгляд крупье. У Рунича хорошие сторожевые псы. Опасаюсь, нас скоро разоблачат.
— Это вряд ли.
В дверях показалась горничная.
— Барыня, в столовой всё убрано.
— Подавайте сюда фрукты, кофе и сладости.
— Слушаюс. И ещё. К вам с визитом господин Рунич.
— Проси.
— Как это прикажите понимать? — Измайлов поднялся с кресла.
— Ах! — Адель схватилась за сердце.
Одна хозяйка не потеряла самообладание.
— Друзья мои, что вы так всполошились, право? — она рассмеялась приятным грудным смехом. — Да, это Рунич. Но вовсе не тот, на кого вы подумали.
В гостиную лёгкой походкой входил Арсений Рунич.
Он вежливо поклонился Измайлову и поцеловал руку хозяйке дома. Подошёл к Адель. Мило улыбнувшись, взял её за руку.
Застигнутая врасплох и не ожидая увидеть его, девушка на мгновение заколебалась.
— Ты… Вы… Почему здесь?
— Арсений Андреевич полностью разделяет наш замысел. — Просветила, онемевших от неожиданности, компаньонов Маргарита Львовна.
Арсений повёл глазами в сторону Измайлова и подтвердил:
— Это так, сударь.
Вздрогнув, Адель, пробормотала:
— Это невозможно.
— Отчего же?
— Да оттого, что…
— Это ваш отец! — воскликнул Измайлов.
Арсений предпочёл не реагировать на дерзкий выпад Измайлова.
— И что, Глеб Александрович? — невозмутимо ответил он. — Я не пылаю любовью к отцу, как вы думаете. К тому же мне нужны деньги. Немедленно. А вот почему вы решились на такое?
— Рулетка забавна. Играть ради удовольствия, вот моя цель! Маргарита Львовна, и вы доверяете этому…
— Как и вам, Глеб Александрович.
