— Я же предупреждал тебя, что этот Юрко опасный пёс. Укусить может. Надеюсь, невская рыбка хорошо поела и, не отравилась таким гнилым потрохом. Ходят слухи, что тебя на днях пощипали.
— Да. Сорвали банк.
— Дал ты маху!
— Со всяким бывает, особенно в нашем деле. Утрясётся. Хотя последние события меня настораживают, — признался приятелю Рунич. — Как бы и вовсе не остаться голым и босым. Вот я и думаю вложить часть оставшихся денег в строительство Сибирской железной дороги.
— Разумно. Это государственный подряд, — пророкотал Григорий. — Глядишь, капитал удвоишь, а то и утроишь.
— Посмотрю, что из этого выйдет, — заключил Андрей.
— Что рана? — Гриша сочувственно смотрел на друга.
— Почти не тревожит. Ты привёз?
— Привёз. Ребята постарались.
На столе перед Андреем появился небольшой конверт. Он поспешно вскрыл его и вынул сложенный вдвое листок. Это был паспорт на имя девицы Софьи Поливановой.
— Документ чистый. Оформлен по всем правилам и так как ты просил.
— Гриша, я у тебя в неоплатном долгу. — Рунич с чувством пожал руку Армянину.
— Так долг можно и оплатить.
— Я готов. Назови сумму.
— Холодно нынче. Продрог я. — Григорий потёр руки. — Угостишь?
— Непременно! — Рунич подозвал Алексея. — Накройте нам в зале. Закусок, коньяка.
— Не надо мне этих заморских явств! — перебил его Армянин. — Водочки, грибочков, сёмги, огурчиков, квашеной капустки, расстегаев и балычка. Гулять так по-русски!
Когда водка была почти выпита, а закуски съедены, Андрей задал другу вопрос:
— И всё же, сколько я должен тебе, Гриш?
— Удовлетвори моё любопытство, — на раскрасневшемся лице Армянина выступил пот. — Позволь узнать, ради какой такой особы, ты сунул голову в пекло.
— Её имя Дарья. Удивительная, прекрасная женщина! Одна она нужна мне. Понимаешь?
— Даша значит, — хмыкнул мужчина. — Красивое имя. Надеюсь, она стоила такого риска?
— Она стоит большего… — захмелевший Рунич, взъерошил волосы. — Я за неё жизнь
отдам.
— Эка, пробрало тебя! — присвистнул Григорий. — Прямо не узнаю.
— Когда не вижу её, думаю, вот войду в дом, а её там нет. Страшно становиться!
— Да, женщины, они такие. Позыркают глазищами своими, и ты уже сам не свой. Попадёшь в их сети — пропадёшь.
— Вот я и пропадаю. Спрятать её ото всех, любоваться и любить. Хочу, что бы она была только моя.
— Что же мешает?
Андрей горько усмехнулся.
— Не любит она меня.
— Что?! — Армянин хлопнул пудовой рукой по столешнице. — Да только за то, что ты для неё сделал, она пятки тебе лизать должна и, на коленях молиться, о твоём здравии, день и ночь.
— Она благодарна. Не более.
— Вот, почему я баб до себя близко не допускаю. — Проворчал Григорий и сочувственно посмотрел на понурившегося друга. — Не хочу как ты, сердцем маяться. Слушай, Андрюх, а ты ей сказал, что обвинение с неё снято, а вражина издох?
— Нет. Она надеется, ждёт, а я молчу. — Андрей вздохнул. — Если открою рот и скажу правду, она уйдёт в это проклятый монастырь! — не сдержавшись, прорычал он.
— Правильно делаешь, что не говоришь. — Одобрил Армянин, разливая по рюмкам остатки водки. — Андрей, ты же умный. Помысли, как удержать её возле себя.
— Что именно?
— Тебе видней. Возьми её измором.
Рунич задумался.
— Разве что воспользоваться… — пробормотал он и, лицо его расплылось в недоброй ухмылке.
— Придумал?
— Кажется, да.
Григорий поднял рюмку и провозгласил:
— Давай выпьем, за твой успех.
Выпили. Рыжий богатырь обнял друга и проворчал:
— Когда я приеду к тебе в следующий раз, чтобы тут у тебя голопузый пострел ползал, а Дашуха твоей покорной женой была. Понял? И никак иначе!
— Ты куда-то уезжаешь? — встрепенулся Андрей.
— Как и обещал, в новом веке — новая жизнь. Завязал я. Еду в Астрахань. Займусь рыбным промыслом.
— Денег хватит на покупку своего дела?
— Мошна полна! — захохотал Гришка. — На мой оставшийся, грешный век хватит.
Простившись с Григорием, Андрей провёл в кабинете весь день.
========== Глава 3 ==========
Елена проснулась от того, что кто-то, тихо звал её:
— Лена.
Она открыла глаза. На краю кровати сидел Арсений. Приподнявшись, она бросилась к нему в объятия.
— Обними меня, Арсений. Обними крепче!
Одной рукой придерживая её стан, он взял в ладонь её дрожащие пальчики и поцеловал, успокаивающе произнеся:
— Ты спала. Я услышал, что ты закричала. Тебе приснился кошмар?
— Да. И это ужасный сон! Ты, ты… тебя убили!
— Ну, что ты, милая, — мягко говорил он, прижимая её к себе. — Я здесь, с тобой. Это просто сон.
Сквозь тонкий батист рубашки, он чувствовал, как сильно бьётся её сердце.
— Мне страшно!
— Не бойся, ангел мой.
Ища защиты, Елена еще крепче прижалась к нему.
Закрыв глаза, Арсений качал её как ребёнка, не в силах разжать объятия и, оторваться от любимой женщины
— Скоро всё закончиться. Даша будет свободна и, мы уедем. Далеко, далеко.Там ты избавишься от страхов и ночных кошмаров.
Когда Елена заснула у него на плече, он, осторожно, чтобы не разбудить, уложил её на постель, укрыл одеялом.
— Спи, любимая.
Посмотрел на стенные часы. Скоро должен вернуться из города отец. Нельзя, чтобы он застал его здесь. Иначе — скандал! Нехотя Арсений покинул комнату.
***
