— Ты побледнела, милая? — Карницкая, с сочувствием, смотрела на дочь. — Ты не знала. Видишь, этого он тебе не сказал. Не такой уж Арсений Андреевич искренний человек, как ты думала. Прости, но я вынуждена была сказать тебе это. Забудь о нём! А чтобы ты не грустила, мы сегодня же закажем для тебя самые модные платья. Я куплю тебе лучшие драгоценности. Ты будешь блистать, девочка моя! Только забудь об этом проходимце, Арсении Руниче. — Она с чувством погладила дочь по рукам. — Ты очень бледна. Позвать доктора? Я пошлю за ним людей.
— Нет. — Выдавила из себя девушка. — Не нужно доктора.
— Как знаешь.
Маргарита Львовна направилась к двери. Ксения безучастно смотрела ей вслед.
***
Полина и Катерина, расположившись вокруг стола, в своей комнате, ужинали и, обсуждали ссору между молодым хозяином и Адель.
— Бедняжка, Деля, — вздыхала Катя. — Так убиваться из-за этого дурака.
— Катя, можно у тебя спросить? — полюбопытствовала обычно молчаливая Полина.
— Спрашивай.
— Вот ты сейчас сказала — дурак. Отчего же тогда, ты с ним водишь дружбу, о чём разговариваешь часами?
— Арсений Андреевич образован и много знает. Мне интересно беседовать с ним.
— И всё? И между вами, — замялась девушка. — Ну, я не знаю…
— Договаривай.
— Ты что, не поняла? Было ли у вас что-нибудь?
— Прости, Поля, я не понимаю.
— Как это не понимаешь? — зашептала, залившись румянцем девушка. — Не понимаешь, спала с ним или нет?
Катерина расхохоталась.
— В нём нет того, ради чего я стану с ним спать. Нет, ничего не было!
Её веселье подхватила Полина.
— Он симпатизирует тебе больше всех. Это заметно. Совсем не то, что Делька. Ты могла бы стать мадам Рунич. И хозяин бы на него не сердился.
— Нет, нет, Поля, — замахала руками Катерина. — Нет! Не Арсений Андреевич мужчина моей мечты. — По лицу её пробежало облачко печали. — И вообще, нельзя мужчин серьёзно воспринимать, иначе всю жизнь себе испортишь.
— Да. — Согласилась Полина. — Как-то там бедная Адель?
— Она много выпила. Врач промыл ей желудок. Сейчас спит.
— Мне её жалко.
— Ты такая добрая, Поленька. Бог должен послать тебе счастье.
— Чувствую, — печально призналась девушка. — От Леонида я никогда обручального кольца не дождусь.
— А ты брось его. Да. Так и сделай!
— Легко тебе говорить, Катя. Я ведь его люблю.
— Вот! И еще удивляемся, глядя на Адель.
Девушки переглянулись и опять рассмеялись.
***
Андрей Михайлович, пройдя от своего кабинета по коридору, заглянул в комнату сына. Он знал, что Арсений ночью спал в будуаре, на софе.
Адель, сидела на кровати и гладила рукой шелковое покрывало. Рунич остановился в проёме двери.
Девушка подняла на него покрасневшие, заплаканные глаза.
— Малышка, — ласково произнёс грозный хозяин. — Он заставил тебя ревновать?
— Та девушка…
— Ему она просто знакомая. Или ты и мне не веришь?
— Я смирилась, Андрей Михайлович и, буду терпеть от него всё. Только бы не бросал.
— Что мне тебе сказать? — Рунич сел рядом обнял плечи девушки. — Заставить разлюбить его, я тебя не могу. Но и заставить его любить тебя, я тоже не могу. Признаюсь, я бы очень хотел, чтобы ты была счастлива. Слышишь?
Уткнув лицо в его плечо, Адель плакала.
— Отпускаю тебя на недельку. Дам денег. Поезжай за город, на дачи. Отдохни, развейся. Тебе это пойдёт на пользу.
Оставив Адель оплакивать свою разбитую любовь, с тяжёлым сердцем, Андрей
Михайлович спустился в ресторан.
Прошелся по залам, свернул в буфетную. Леонид, расставляя по полкам бутылки с вином, поинтересовался:
— Вам что-нибудь налить?
— Да. — Андрей Михайлович облокотился на стойку бара. — Наталья Егоровна ещё спит?
— Нет. Как вы приказали, Катя отнесла ей чай и завтрак. Она спрашивала, что за шум был ночью?
— И что вы ответили? — мужчина взял в руку рюмку.
— В ресторане, подвыпившие клиенты повздорили.
— Правильно. Нечего сватье знать, что у нас происходит.
— Может Арсению Андреевичу уехать в имение пока она у вас гостит?
— Наталья Егоровна приехала на два дня. Один уже прошёл. Дело у неё ко мне. Да и не хочу, чтобы сын уезжал. Наказал его, как мог. Отправить его с глаз долой? Нет, Лёня. Я боюсь за него. Он ведь совершенно не приспособлен к жизни. — Рунич подавил вздох и, взъерошил волосы. — Я жалею своего непутёвого сына.
Леонид понимающе кивнул.
— Пойду, послушаю, с каким делом приехала сватья.
***
Наталья Егоровна, попивая чай, рассказывала жадно слушавшему её Арсению.
— Вот так мы и жили в деревне, пока не поехали в Москву, на ярмарку невест.
Она умолкла, вспоминая.
— А дальше, — юноша робко коснулся её руки. — Тётушка, что было дальше?
— Богатства у нас, сам знаешь, не было. Зато была красота. Каролина быстро нашла себе партию, богатого немца Леффа и вышла замуж. От этого брака, третьим ребёнком и родилась твоя маменька. Я же подалась в гувернантки. Вовсе не надеялась, что составлю своё счастье с Матвеем Ивановичем. Думала, останусь старой девой.
— Мама. Как она с отцом познакомилась?
— Он её, в светлое пасхальное воскресение, в церкви увидел и вскоре приехал сватать. Лефф хоть и немчура был, а быстро смекнул, какие выгоды ему и дочери сулит этот брак. Благословил и Оленька согласилась.
