Покачиваясь и усмехаясь, Арсений опёрся рукой о край ближайшего стола. Взглянул на отца, стоявшего в нескольких метрах от него.
Рунич изумлённо рассматривал сына. Он не был похож сам на себя.
Не высокий ростом, но подтянутый и стройный, сейчас он весь сник и ссутулился. Ясные глаза его потускнели и перестали отражать свет. В них не только отразилось горе — в них не было жизни.
Он повернулся к отцу спиной.
В долю секунды Алексей подскочил к юноше и, схватив его за запястье, крепко сжал руку.
Ослабевшие пальцы разжались и, пистолет с грохотом упал на пол. Мужчина крепко держал юношу, не позволяя ему подобрать с пола оружие.
— Пусти меня! — повисая на его руках, закричал Арсений. — Я не хочу жить!
Подняв пистолет и сунув его в карман, Андрей быстро подошёл к сыну, сгрёб за плечи и, с силой встряхнул.
Последние силы покинули молодого человека. Он рухнул на колени и, уткнув голову в край стола, только судорожно всхлипывал. Прислуга, окружив отца и сына, молчала.
Наконец, Рунич, разжал губы.
— Алексей, помоги.
Мужчина бережно обнял юношу за плечи.
— Пойдём, дорогой.
Поддерживая под руку, он повёл его по лестнице. Арсений едва передвигал ноги. Голова его бессильно клонилась на плечо мужчины, глаза закрывались.
— Крепись, — негромко говорил ему Алексей. — Ты же сильный, я знаю. Ты всё выдержишь. Осторожно. Вот так. Ещё немного. Несколько ступенек осталось. Вот… Ты — молодец! Всё у тебя будет хорошо. Вот увидишь.
В спальне, приступ непонятной истерики повторился. На все вопросы отца ответа не было. Арсений рыдал, тело его сотрясала лихорадка. Заикаясь, он не мог произнести ни слова.
Видя тщетность всех усилий, Андрей вздохнул.
— Без врача не обойтись. Леонид, поезжай в Ново-Знаменскую больницу, — приказал он. — Привези Александра Лаврентьевича Краева. Я слышал, что это лучший психиатр в столице. Катя, пожалуйста, будь рядом с Сеней и не оставляй его одного ни на минуту.
— Откуда такое отчаянье? — лепетала напуганная девушка. — Не беспокойтесь, я присмотрю за ним.
Приехавший по вызову врач, провел около молодого Рунича больше часа.
***
Доктор Александр Лаврентьевич Краев, был совсем ещё молодым человеком лет тридцати двух.
Высокий ростом молодой, худощавый мужчина, с открытым, миловидным лицом, с тёмно русыми, густыми волосами, зачёсанными со лба, на затылок, с усами и бородкой клинышком. На носу — пенсне, с тонкой, золочёной перегородкой и чёрным шнурком. Его доктор, время от времени, поправлял пальцем. Из-под очков смотрели внимательные большие, близорукие, серые глаза, в которых светились внимание и доброта.
По натуре своей Александр Лаврентьевич был сдержан, говорил обстоятельно, со знанием своего врачебного дела.
В обществе дам, он смущался и робел.
Среди коллег ходили слухи, о его юношеской, безответной любви, из-за которой он превратился в застенчивого старого холостяка.
Однако в обществе мужчин он был весьма красноречив, отчего Рунич заключил, что слухи о нелюдимости доктора несколько преувеличены.
Пройдясь взад-вперёд по кабинету, врач спросил:
— Что с вашим сыном?
— Он пытался покончить с собой. — Глухо отозвался Андрей.
— Суицид! С чего бы это?
— Не знаю.
— Кокой-то нервный срыв. — Краев внимательно и недоверчиво смотрел на хозяина.
— Конечно, я сделаю всё, чтобы вывести вашего сына из этого состояния. Ему будет нужен хороший уход. И в дальнейшем — никаких стрессов. Слышите? Я должен вас предупредить, у него слабое сердце.
— Он с детства был болезненным, — чёрные глаза Андрея, с нескрываемой тревогой, смотрели на врача. — Нет такой детской болезни, которой бы он не переболел. Я думал, Арсений не выживет. Моя жена умерла и я всю жизнь в долгу перед сыном за то, что он рос сиротой.
— Понятно. — Врач выписал рецепт и протянул его Руничу. — Однако ваш сын вырос и, болезни его стали взрослыми. Как бы вам понятнее объяснить. У него могут быть внезапные приступы боли в области сердца и под левой лопаткой, сильное сердцебиение, нехватка воздуха. Не исключаю, что возможна кратковременная потеря сознания. Разве вы никогда этого не замечали?
— В раннем детстве этого не было. Когда он стал подростком, всё изменилось. Это случилось в Лондоне. Мы путешествовали по Европе. Ему было одиннадцать лет. Внезапно, на улице, Арсений потерял сознание. Однако врачи заверили, что это возрастное и, всё пройдёт само собой. Выходит, не прошло.
— Он жаловался на своё самочувствие?
— Арсений? — брови Андрея взлетели вверх. — Что вы, доктор, нет! Он подолгу отсутствовал дома и когда мы виделись, сын на здоровье не жаловался. Я не думаю, что всё так уж плохо.
— Во всяком случае, ему следует избегать стрессовых ситуаций и беречь здоровье.
— Он никогда не берёг себя, — горько усмехнулся хозяин казино. — Спиртное, увлечение женщинами. Вы видели его состояние? Впервые за несколько месяцев он напился, а пить ему нельзя.
— Вы — отец. Помогите сыну справиться с тем, что его угнетает и беспокоит. Это ваш долг! Верните ему покой и счастье.
