Иногда я использую маскировку, фальшивое удостоверение личности, даже поддельные номера, если ехать недалеко, или если мое алиби включает путешествие самолетом. Летать — самое опасное… повсюду камеры: от парковок до залов в аэропортах. Но и это можно обойти, знаете ли. Я делал это много раз.
Вы можете спросить про гостиницы, где фиксируется время отъезда, даже если я уезжаю раньше времени. Но все происходит несколько иначе в наше время высоких технологий. Я останавливаюсь только в тех гостиницах, где есть электронная регистрация. Уезжаю, возвращаюсь, делаю свое дело, потом выписываюсь дистанционно через прокси-сервер так, чтобы обеспечить себе железобетонное алиби. Иногда я люблю позвонить на ресепшн за несколько часов до начала пира и, пожаловавшись на жуткую мигрень, задать дуре-администраторше идиотский вопрос про погоду… Да-да, если потом обо мне кто-нибудь спросит, она непременно меня вспомнит. Потом я незаметно исчезаю с помощью электронной выписки и бесследно растворяюсь в бесконечном потоке въезжающих и отъезжающих туристов, которые сводят с ума отельеров по всему миру. По крайней мере, на это принято жаловаться. И я уверен: они поклянутся, что видели, как я выписывался и покидал гостиницу.
Как правило, большинство людей, если купить им выпивку, запомнят вас, даже если вы приобретали им бокал-другой дистанционно, с помощью Интернета.
Итак, я все еще должен был находиться в гостинице в Джексонвилле. Теперь требовалось лишь войти в систему и выписаться за шесть часов до прибытия домой в Майами. А потом… Что потом?
Чтобы вы не сочли меня сумасшедшим, вам надо кое-что узнать о криминалистике, которую я хорошо изучил. Для ДНК и следов крови нет ничего более разрушительного, чем погружение в воду. О, нет, погодите, есть еще кое-что: погружение в соленую воду. А что у нас есть в Майами? Ну да, правильно: в Майами есть океан.
Предстояло решить задачу, как оставить бумажный след на платной магистрали с ее камерами и каким-то образом окунуть машину в океан. Мне вовсе не улыбалась перспектива уничтожить одним махом и безупречную историю вождения, и новехонький «лексус», но смертельной инъекции они точно не стоили. Ладно, страховка для меня подорожает. Не повезло. Но это не то, чего я себе не могу позволить.
Конечно, необходимость направить машину через ограждение в воду заставила меня понервничать, но другого выхода не было. Я где-то час ломал голову в поисках решения, но пришел к выводу, что это единственный выход из чертовой заварухи.
Осталось обдумать детали и последовательность действий. Сейчас, в девять часов вечера, я должен был находиться в Джексонвилле. Но если поездка займет, скажем, часов шесть, мне надо немедленно выписываться из гостиницы, возвращаться на пару часов пути назад, потом снова заезжать на платную магистраль и начинать оставлять бумажный след.
Но мне еще предстояло решить две проблемы. Первое: на многочисленных камерах наблюдения на трассе я должен выглядеть безупречно чистым. Это значит, что ни на моем лице, ни на одежде, ни на руле, ни на руках не должно быть никаких пятен. Хотя бы так. Я немного напряг воображение и решил эту задачу с помощью запасной рубашки из чемодана и воды из ближайшей лужи. Для дорожных камер я был достаточно чистым, но не более того. И я до сих пор благодарен, что вернулся к машине благополучно и меня не сцапал аллигатор или не куснула какая-нибудь змея. Госпожа Удача, видимо, одумалась.
Вторая проблема была посложней.
Какая причина могла заставить меня съехать с большого шоссе и оказаться на мосту по дороге к Харбор-Айлс, также известному как Козвей-Бридж? Конечно, для начала вы спросите меня, почему я выбрал именно этот мост. По многим причинам, начиная с той, что этот мост — один из немногих, где остались металлические перила в качестве ограждения, а не бетонная стенка. Я не уверен, что мой «лексус» пробьет бетонную стену, но я видел, как «хонда» без большого усилия улетела через металлические перила. Рисковать я не хотел, поэтому остановился на Харбор-Айлс.
Еще одна причина: этот мост обычно пустынен по ночам, поэтому в расчетное время моего прибытия — в три или четыре часа утра — там никого не будет. И, наконец, здесь у меня была уважительная причина для того, чтобы покинуть большую трассу. Ее поймет любой коп: недалеко от моста находится круглосуточное кафе.
Мелкая, но важная деталь: выезжая из Глейдс, я утяжелил свою сумку монтировкой и утопил ее в кишащем аллигаторами озере. После чего идеально исполнил остальную часть своего плана.
Все шло без заминки, пока я не добрался до моста, с которого не смог съехать из-за потока машин. Я должен был погрузиться в воду, пока меня никто не видел, чтобы машина могла оставаться в воде столько, сколько нужно для того, чтобы запекшаяся кровь на перфорированной коже сидений успела раствориться. Вцепившись в руль и прислушиваясь к идеально ровному, медленному биению сердца, я проехал мимо встречного потока, развернулся и съехал еще раз, потом совершил еще один разворот…
