Остаток дня прошёл в хлопотах. Ковров «висел» на телефоне, звонил по работе, обсуждал контракты, ругался. Видно, за время отсутствия (сначала в Сочи, потом на Кипре) дел накопилась пара вагонов. Алина занималась собой. Точнее, эти «занятия» организовала ей Инна. Пригласила парикмахера на дом, затем модельера с новыми платьями для примерки. Арт же не знал, куда себя деть. Метался по спальне, словно зверь в клетке. До Алины считанные метры, а ни увидеть, ни поговорить. Отчаянно хотелось заключить ее в объятия, целовать и целовать, стереть все прикосновения Коврова, словно грязь. Но нельзя. Нельзя сделать и шаг в ее направлении. Не сегодня. И это «не сегодня» убивало. Аж в ушах гудело от переполнявших эмоций.
Вечером супруги уехали на упомянутый ужин. С кем-то из деловых партнеров Коврова. Арт вздохнул чуть свободнее. Пока Алина на выезде (а Арт знает, где и с кем она находится), ему гораздо проще, чем когда их разделяет всего пара стен, но таких, что прочнее любой крепости. Он умылся холодной водой и спустился на кухню. Поболтал немного с довольной возращением Алины тетей Клавой. Навестил охранника, что сидел перед мониторами, проверил, как работают новые камеры. Времени всё эти действия заняли всего ничего. Оставалось еще много-много часов до завтра, когда Алина куда-нибудь «намылится» в компании нового телохранителя.
— Привет, красавчик.
По дороге назад навстречу попалась Олеся — горничная, с которой Арт пересекался в Сочи. А взгляд какой подарила! Многозначительный.
— Привет, — отозвался Арт, постаравшись, чтобы выражение лица оставалось серьезным. Ни к чему давать девице повод.
Но та не желала понимать намёков, игриво подмигнула.
— Я живу на первом этаже. В правом крыле. Вторая дверь слева. Замерзнешь осенней ночью, заглядывай на огонёк, согрею.
Она протянула руку, чтобы коснуться щеки Арта, но тот отстранился.
— Мне приятно твое внимание, но, видишь ли… — он замялся, помня, что никто не любит отказы, а в этом доме иметь врагов опасно. — Правила компании: никаких романов на рабочем месте.
— Так никто не узнает, — Олеся не унималась.
— Здесь вообще-то везде камеры, — Арт кивнул на глазок в конце коридора. — Я дорожу работой и репутацией. Коли срочно понадоблюсь, но окажусь не в своей постели, могу лишиться и того, и другого. Кстати, я думал, ты с водителем встречаешься.
Горничная усмехнулась.
— Ну его в пень. Тряпка. Мне нравятся такие, как ты. Сильные, надежные, — она таки коснулась Арта, провела кончиками пальцев по плечу. — В общем, если передумаешь, предложение в силе.
Арт выдавил улыбку и скрылся в спальне. Вот только подкатывающей горничной ему и не хватало! Вряд ли девчонка действует по указке Коврова. Ищет развлечений по собственной инициативе. Босс даже не будет против, коли у нее с телохранителем завяжется роман. Арт еще в Сочи убедился, что эта «кукла» не в «гареме», а значит, посягательства не возбраняются. Однако в агентстве существовало жесткое правило: не стоит «гадить» там, где ешь. Да и на кой черт Арту Олеся, когда рядом Алина?
В ожидании возвращения тайной возлюбленной с ужина, Арт, наконец, придумал себе занятие. Вспомнил, что приятель из органов прислал фотки биологической родни Коврова. Днем не успел посмотреть. Почти сразу приехали Ковровы из аэропорта, а потом снимки совершенно вылетели из головы. Разве можно думать о чем-то другом, когда на «сцене» появляется Алина? В общем, Арт нашел в телефоне сообщение с прикрепленными файлами, открыл первое фото и присвистнул. На него смотрел… Ковров. Ну, почти Ковров. На десять лет моложе и… хм… благороднее, что ли. В целом черты лица казались грубее. Однако глаза были куда добрее, чем у большого босса.
— Братец, значит, — пробормотал Арт, удивляясь фамильному сходству.
А потом открыл фото матери, и всё встало на свои места. Ну и сильные у нее гены! Все трое детей: и Ковров, и сестра-близнец Нина, и младший брат Николай оказались ее копиями. Даром, что последний ребёнок от другого папаши. Ни за что не поверишь. Все на одно лицо. У Николая разве что нос не такой породистый, как у старшеньких.
Ознакомился Арт и с присланным приятелем досье. Жизнь ковровской родни нельзя было назвать звездной. Обычные люди. Простые. Мать и после переезда из Питера в столицу работала в магазине, стала заведующей за пару лет до смерти. Её муж был бригадиром на заводе. Нина после школы выучилась на парикмахера и с тех пор трудилась в салоне красоты. Николай единственный в семье получил высшее образование. Работал в налоговой. Женат, кстати, не был. Нина успела овдоветь. Растила двоих ребятишек. Еще двух обладателей все той же бабушкиной внешности. Не семья, а сплошные зеркальные отражения.
