Они лежали на диване. Арт на спине, Алина сверху. Одной рукой он крепко обхватил ее талию, как воин добычу, а другой перебирал белокурые волосы. Алина не шевелилась. Замерла, будто любое движение могло разрушить идиллию. Они выжали друг друга без остатка. Дорвались до желаемого и не могли остановиться. А теперь… теперь потихоньку остывали, понимая, что реальный мир никуда не делся, и придется с этим считаться.
— Арт…
— Не смей говорить, что это больше не повторится, — приказал он жестко. — Я не отступлю.
Алина помолчала и вдруг призналась.
— Я не хочу, чтобы ты отступал. Я думала о тебе. Много. До того, как мы столкнулись в Сочи. Я ничего не забыла. Ни единого дня в том домике. В Сочи я сказала, что ты действуешь на меня, как удав. Но это не совсем правда. Я сейчас с тобой, потому что ты — это ты. Дело не в сексе. В смысле, не только в нем. Я хочу быть с тобой рядом. Очень сильно. Но я боюсь того, что может случиться, если… если…
— ОН не узнает, — заверил Арт. — До поры до времени. А потом я придумаю, как освободить тебя от этого брака. И от НЕГО.
— Это меня и пугает, — Алина чуть приподнялась, чтобы встретиться с Артом взглядом. Не без усилий. Ведь его рука не ослабляла хват. — Я знаю, что ты не сдашься. Пойдешь на любой риск. А я не хочу…. тебя потерять. Лучше потерять и знать, что ты где-то есть, чем… чем…
Арт не позволил ей закончить фразу, поцеловал в губы. Но Алина не ответила на поцелуй, отстранилась.
— Не пытайся заставить меня замолчать. Многие обманываются насчет Анатолия. Он человек притягательный, умеет себя подавать. А те, кто сразу понимают, что он вовсе не душка, всё равно нередко заблуждаются. Думают, он псих. В смысле, что он вспыльчивый, и в этом главная опасность. Чушь собачья. Ты то должен понимать, что это на поверхности. Да, Анатолий любит устроить показуху. Как вчера с вином. Однако он из тех, кто затаивает обиду, выжидает, а потом наносит удар. Продуманный до мелочей и смертоносный. Арт, если Анатолий возьмется за тебя…
— Он считает, что я его «карманная собачка».
— Это пока. Анатолий неплохо разбирается в людях. Понимает, что ты работник, который не перейдет черту. В обычных обстоятельствах ты бы ее и не перешел, ни за что бы ни посягнул на женщину клиента, если б…
— Если б этой женщиной была не ты, — закончил фразу Арт.
— Верно. Но однажды…
— Алина, пожалуйста, доверься мне, — попросил он, глядя уверенно, но пронзительно. — Я придумаю, как избавить тебя от Коврова. Законным способом. Никакого криминала. Верь в меня. В нас. Я смогу тебя защитить.
Алина кивнула, снова положила голову ему не грудь и попросила:
— Обними меня покрепче. Так проще поверить, что всё получится.
Алина. Две недели спустя
— Новый врач? — спросила Алина, изо всех сил пряча злость.
Инна кивнула и принялась перечислять регалии доктора. Мол, не сомневайся, профессор Татьяна Викторовна Тубальцева самая настоящая волшебница. Уроженка Питера, но много лет проработала в Москве в ведущих медцентрах, не раз стажировалась за границей, и вот вернулась в родной город и открыла собственную клинику.
— Какой смысл? — бросила Алина, отворачиваясь к окну, за которым стеной лил дождь.
— Как какой? — удивилась Инна. — Разве ты не хочешь ребёночка?
— Если б ему было суждено, он бы родился за три года.
— Может, мы раньше просто не находили подходящего доктора.
«Или подходящего мужа», — съязвила Алина мысленно, а вслух сказала:
— Хорошо, запиши меня на прием. Попробуем. Вдруг выйдет толк.
Инна заулыбалась и пообещала:
— Конечно, выйдет! Всенепременно!
Она покинула спальню, оставив аромат раздражающих терпких духов, а Алина упала на кровать, с трудом сдерживая желание замолотить по ней кулаками.
Как же всё достало! Бесконечные анализы и «лечение»! А главное, ежемесячный «брачный ритуал». Может, кого-то Анатолий и устраивал в качестве любовника, но Алину от него хронически тошнило. Она даже не пыталась изобразить намек на желание. Супруг, разумеется, бесился, называл ее фригидной, а иногда и «бревном». Алина же просто сжимала зубы и терпела, пока всё не закончится. И так из раза в раз. Хорошо еще, что Анатолий лез в ее постель только во время овуляции.
— Чтоб вам всем провалиться, — пожелала Алина шепотом и закусила губу, чтобы не разреветься, как девчонке.
Она устала. От всех и всего. Кроме одного единственного человека, с которым жаждала проводить каждую минуту. Но, увы, этих минут за последние две недели совсем не выпадало. Со дня, когда они с Артом занимались любовью в квартире-студии, еще ни разу не удалось побыть наедине. Только в машине. По дороге.
А всё из-за Анатолия!
