Это он. Но что он делает на вечеринке, организованной его кузенами? Он сказал мне, что не связывался со своей семьей годами, но он тут, на фото, сделанном меньше года назад, одетый в смокинг — который, святые угодники, очень ему идет — и держащий бокал с шампанским.
Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох. Люк все же работает с ними? Ресторан — часть их бизнеса? Я действительно настолько наивен? Может он и чертовски горяч, но, как я уже говорил, я вечно выбираю не тех мужчин.
«У Фокси» снова открыт. Скорее всего, он там. Нужно связаться с ним».
Нет. Дэнверс узнает. Я уверен, у вампиров нет и половины способностей, что предписывают им люди, но как тогда Дэнверс всегда узнает то, что не должен знать.
Мой живот урчит. Как давно я ел? Тот факт, что я спрашиваю себя об этом, предполагает, что довольно давно. Я закрываю ноутбук и встаю. Мне требуется пара секунд, чтобы восстановить равновесие, зато я уже могу спокойно передвигаться по квартире.
Я открываю морозильник и нахожу несколько замороженных буррито и почти пустую банку с мороженым. Мой живот ясно дает понять, что съесть это будет плохой идеей. На следующей полке нахожу гамбургер с ветчиной и сыром. Не самый лучший вариант, но, все же, лучше, чем ничего. Разогреваю его в микроволновке. Пока жду, я поглядываю на телефон. Я должен позвонить в ресторан, просто чтобы увидеть Люка.
Я беру телефон и верчу его в руке.
«Положи его и позволь Дэнверсу со всем разобраться».
В этот раз я позволяю своей совести взять верх. После ужина я устраиваюсь на диване, потому что он ближе, чем моя кровать, а я так устал. Я пялюсь в черный экран телевизора и пытаюсь понять, смогу ли бодрствовать достаточно долго, чтобы посмотреть что-нибудь.
Я подпрыгиваю, когда звонит мой телефон. Я не узнаю номер, но беру трубку.
— У меня есть информация. Она еще нужна тебе? — это Люк.
«Скажи ему позвонить Дэнверсу». Это будет правильно, но я не хочу, чтобы он вмешивался.
— Сайлас? Ты там?
— Да, я тут. Ты уже поговорил с Дэнверсом?
— Да, вампир и его команда только что закончили допрашивать меня.
— Так он не арестовал тебя?
— Нет, я предоставил ему достаточно сведений, чтобы он отстал от меня.
— Дэнверс хороший парень и очень честный.
— Да, я это уже понял. Так что, ты хочешь поговорить?
«И что я должен ответить? Скажи ему, что не можешь рисковать своей работой. Еще не поздно прекратить общение».
Нет, уже поздно. Поздно стало в ту минуту, когда Люк толкнул меня под прилавок. Прилавок?
— О Господи, я вспомнил.
— Твои воспоминания вернулись? Полностью? — судя по голосу, он взволнован этим почти так же, как я.
— Не все, по крайней мере, я так думаю. Я вспомнил, как ты пытался спрятать меня под прилавком, — еще я помню ощущение его тела на моем, укрывающего меня от взрыва. Но все остальное по-прежнему покрыто дымкой, — Так ты хочешь приехать?
— Да, но мне нужно закончить дела в «У Фокси», но я буду у тебя меньше, чем через час.
— Ладно.
Он вешает трубку, и я обнюхиваю себя и морщусь. Черт, я воняю. Как плохо от меня пахло три дня назад? Удивительно, что у Люка возникло желание меня поцеловать.
Я иду в душ. У меня кружится голова. Сегодня я слишком мало ел и спал. По крайней мере, если я поскользнусь и упаду, это избавит меня от нужды выбирать между работой и горячим оборотнем, который, возможно, хочет просто переспать со мной.
К тому времени, как я выхожу из душа, я устал, словно пробежал марафон в 10 миль. (Прим. переводчика: чуть больше 16 км) Хотя сейчас от меня не пахнет, как от заводских нечистот. Я принимаю четыре таблетки ибупрофена. Мне нужно что-нибудь посильнее, но я не хочу, чтобы мой разум был затуманен лекарствами во время встречи с Люком.
Одному Богу известно, что я могу сделать с ним или, что еще лучше, позволить ему сделать со мной под их влиянием. Только его самоконтроль и моя боль удержали нас от секса в ту ночь. Я чувствовал, как его твердый член терся о мой, и это было восхитительно. Если бы я не боялся, что умру от головной боли, то упал бы перед ним на колени и отсосал бы ему, как только бы он оторвался от моих губ.
Но что, если он не тот, кем кажется? Что, если он погряз в этом так же глубоко, как и его кузены — нелегально продает оружие, мучает волков, убивает каждого, кто преградит ему путь? Должен ли я рассказать ему о том, что нашел? Дэнверс был бы зол, как черт, если бы я сделал это.
Другое воспоминание вспыхивает в моем мозгу. Люк смотрит на меня. В его глазах — голод. Он похож на лиса больше, чем когда либо, будто я жертва, пойманная им, охотником. Его рот в дюймах от моего, и я тянусь к нему, глажу его щеку. Его кожа такая теплая.
Это происходило. Я уверен. Это не туманный сон или фантазия.
Стук в дверь прорывается в мои мысли.
— Сайлас! Это Люк.
— Секунду!— я иду — медленно, очень медленно — к двери и впускаю его.
Люк
