-Боюсь, я не смогу ему помочь. Мы умеем лечить ноги, когда там один или, на худой конец несколько переломов. У друга Вашего Величества костей почти нет, одна, простите за выражение, каша и осколки, его коленные чашечки также вдребезги разбиты. Мне очень жаль.
-Спасибо, значит скоро будет, как новенький? Можете идти, - громко проговорил Элиффин, понимая, что к шепоту доктора и его словам из-за всех сил пытается прислушаться раненый.
Обессиленный Рам попросил волшебника наклониться к нему поближе, когда же тот припал ухом, лучник с наигранной улыбкой притворно весело прошептал:
-Ты лукавишь, о Сапиен, амал ламал фортрер, целитель сказал, что я никогда не смогу ходить, потому что у меня не ноги, а каша из костей и мяса. Скажи мне, за что ты спас меня? Я бы погиб, как герой, и не запомнился бы всем, как жалкий калека.
-Себе кинжалом в живот? Не очень это по-геройски...но ты прав, это моя вина...извини, дружище, я тоже запутался и если честно с каждым новым днем мне становится все страшнее: не за себя, а за кого я в ответе...прости, что не уберег.
-Нет, это не твоя вина...лишь моя...Но прошу, молю, заклинаю, будь другом, убей, прикончи, не обрекай на муки до самой старости...если бы я только мог, встал бы на колени пред тобою...или отдай кинжал, довершу дело сам...я не хочу так жить...
-Никогда, - отрезал Элиффин, не переставая смотреть в его глаза, наполненные грустью и отчаяньем. Рам действительно просил и умолял его...Но приложить руку к смерти друга вот таким вот образом? Нет, на это он не пойдет ни за что на свете...
-Тебе не понять...ты маг, колдун, себрин, можешь перемещаться в мгновение ока, парить, вызывать град и водовороты...а я теперь кто? Никто... даже сдвинуться без посторонней помощи до скончания века не смогу...и еще я не хочу, чтобы она увидела меня беспомощным калекой...
-Картина проясняется... как зовут красавицу?
-Ты с ней не знаком, брось... - замялся Рам.
-Сапиен алан фортер, как ты сам сказал, может и лукавит, но сплетнями не увлекается от самого рождения, так что выкладывай, клянусь, никому не скажу.
-Мне нечего тебе выкладывать... мы были с ней вместе больше года... каждое воскресение ходили за городскую стену на реку, гуляли под луной и мечтали...Однажды я собрался с духом и решил предложить ей провести остаток дней вместе. Но она не дала мне договорить, сообщив, что отец отдает ее за богача из Феривора, поселившегося в Бартфорте. Я предложил ей сбежать, но она сказала, что это невозможно, потому что сама полюбила его...
-Где она сейчас?
-Была среди беженцев, вместе со своим супругом... Элиффин! Я лучше провалюсь пропадом, но она никогда не увидит меня изувеченным калекой, я хочу сохраниться в ее памяти другим...
-Не стыдно пострадать в суровой битве, стыдно торговать всю жизнь в лавке и жалко трястись за свою шкуру, как небось, и делает ее богатый супруг. Но ты сможешь ходить, бегать, прыгать и даже танцевать...
Рам готов было вновь назвать его вруном и даже лжецом, просить и умолять о смерти, но та уверенность, с которой молодой волшебник произносил это, переменила его: он очень хотел поверить.
-Ты обещаешь? - наивно, как совсем малый ребенок, спросил Рам.
Вопрос друга на миг озадачил юного кудесника. Элиффину тотчас же пришло на ум его предыдущее обещание, которое он так и не сумел исполнить. Лучник же терпеливо дожидался ответа, не переставая сверлить взглядом задумавшегося волшебника.
-Я обещаю, - уверенно и твердо выговорил Элиффин, наблюдая за тем, как на лице отчаявшегося девятнадцатилетнего юноши, лишившегося часом ранее обеих ног, расплылась искренняя и счастливая улыбка.
Деревянный пьедестал
Сбитая в кучу толпа гламаринов настороженно ожидала вердикта королевы. Элиффин, немного взбодрив отчаявшегося Рама, и убедившись, что тот не собирается больше пытаться сводить счеты с жизнью, перекусил и прилег на траву. Гламарины угостили его прекрасной выпечкой. Вдоволь насытившись, он заставил и хмурого Рама проглотить несколько больших кусков.
Тем временем к гламаринам потянулась длинная колонна вооруженных солдат в блестящих латах, переливавшихся зелеными отблесками на ярком солнце.
-Ее Величество присутствует на церемонии и слишком занята, чтобы разбираться с новыми беженцами. Вы должны немедленно покинуть земли Борнолиона любым удобным для вас способом, в противном случае, мы применим силу.
Гламарины грустно опустили глаза, услышав столь не обнадеживавший вердикт. По толпе пронесся негромкий грустный шепот. Тысячи обреченных лиц безнадежно вздохнули и принялись медленно собираться.
-Я должен видеть вашу королеву, - громко обратился Элиффин к страже.
-Это невозможно, у Ее Величества нет времени выслушивать оборванцев, - отрезал начальник стражи.