– Почти все уже готово. А я надеюсь, что зал будет сиять от красоты моих гостий.
Эстель улыбнулась, и Гермиона даже с некоторым удивлением отметила, что нет ничего ужасного в том, чтобы сделать комплимент не вызывающим у нее добрых чувств людям – напротив, так она почувствовала себя хозяйкой положения, задающей тон беседы.
– Мы ждем не дождемся этого бала, – живо отреагировал Рей, расплывшись в очаровательной улыбке. – Как верно заметила леди Снейп, мы еще не были в этом замке. Будет очень любопытно посетить ваш бал.
Откровенно говоря, Гермиона была ошеломлена. Она не могла определить, серьезно ли говорит Рей, но на первый взгляд казалось, будто его действительно заботит намечающееся торжество. По мнению Гермионы, было дикостью думать о балах в такое время. Нет, она, конечно, легко представляла себе Нотта, спокойно размышляющего о светских увеселениях, пока у него под окнами четвертуют маглов, но Мальсибер казался ей не таким – не похожим на истинного Пожирателя.
– Да уж, – вздохнула Эстель и как-то тревожно взглянула на брата с Малфоем. – Интересно только, почему нас сюда привели?
– То есть? – напряглась Гермиона.
Эстель выдавила улыбку.
– Не подумайте, мисс Снейп, мы ничего не имеем против визитов к вам, – заверила она. – Наши отцы в приятельских отношениях, но… именно сегодня нам было приказано явиться сюда.
– Ага, неспроста это, – Драко надменно скривился. – Потому что с моим отцом твой как раз общается только в официальных случаях.
У Гермионы похолодело внутри. Сквозь окно, рядом с которым они стояли, она увидела приближающуюся к замку Алекто Кэрроу. Где ее носило все утро?
– А вот и она, – небрежно отметил Рей. – Я-то думал, как это Амикус у вас сидит, а не таскается хвостом за своей сестрой?
***
Разговор был ни о чем и начинал раздражать Регулуса. Он тратит здесь время впустую! Лучше бы искал сейчас способ избавиться от Метки. Только и толку, что поглазел на повзрослевших Снейпа и Мальсибера, и на вонючего увальня Кэрроу. Ну, и на Гиневру с бывшей пассией Сириуса. Ему было странно видеть их такими взрослыми, ведь для него время шло особым чередом, и еще месяц назад Регулус видел их двадцатилетними. И вот перед ним уже предстали их дети, которым недолго осталось до того же возраста.
– Ладно, все это я в газетах читал, – скучающим тоном произнес Снейп. – А что-нибудь новенькое есть? Чем занимаются наши друзья? Беллатриса не скучает?
Амикус навострил уши. Кристиан, продолжая доброжелательно улыбаться, покосился на него.
– Беллатриса с Руди скачут по горам и долам в поиске радиостанции «Песнь феникса» и редакции журнала «Придира», – ответил он. – А на досуге она размышляет о том, как бы сломать защиту Гриммового Логова.
«Хрен ей», – мрачно подумал Регулус. Беллатриса последние понятия о фамильной чести потеряла, если собралась разнести в пух и прах родовое гнездо Блэков, чтобы выслужиться перед полукровкой. Этого он не допустит, даже если придется отправить кузину на экскурсию за Завесу с билетом в один конец.
– Рабастан тем временем изобрел некий преобразователь энергии, – говорил дальше Кристиан. – Стоунхендж, знаешь ли, кушает энергию будь здоров. Рабастан придумал штуку, которая вытягивает магию из волшебных палочек. Ну, ты в курсе, что у маглорожденных, вставших на учет, отбирают волшебные палочки. И бросают их в этот преобразователь. Так у нас теперь питается антиаппарационный щит.
Это изобретение Рабастан придумал еще в прошлую войну, просто его нужно было доработать. Регулус вздохнул. Казалось, что еще вчера они с Бастом сидели за одной партой, а сегодня Лестрейнджу тридцать четыре года, и он свою молодость провел за решеткой. Да, Регулусу повезло куда больше.
– Если предположить, будто магловские выродки способны колдовать, то можно было бы решить, что преобразователь забирает их магическую силу через особую связь с волшебной палочкой, – с непроницаемым лицом произнес Кристиан.
Так оно на самом деле и было: преобразователь работал по принципу, похожему на Приори Инкантатем, только связь устанавливалась не между двумя волшебными палочками, а между магом и его палочкой. В свое время Регулус отнесся к этой идее скептично, а Рабастан все-таки довел ее до ума. Бедные маглорожденные – преобразователь постепенно вытянет из них всю магию, а потом и жизненные силы. Верная смерть.
– Рабастан гениален, – лаконично ответствовал Снейп.
Он совсем не изменился – никаких проявлений чувств вплоть до подозрения, что их вообще нет.
– А на самом деле «магловским выродкам» достались особые волшебные палочки? – изогнула бровь леди Снейп.
– Добыли их обманным путем, – многозначительно поднял брови Кристиан.
«Абсурд», – фыркнул про себя Регулус.
– Всегда это подозревала, – осуждающе поджала губы леди.
На счет Амикуса они могли не беспокоиться – он был не способен уловить тонкую иронию, сквозящую в их словах и взглядах, и маги могли практически без помех обговаривать ситуацию. Интересно, куда это запропастилась Алекто? Ее отсутствие настораживало.
