Оба штурмовика поспешно отдали честь и промаршировали к лифту. Люк едва заметно махнул им рукой на прощание, прежде чем двери лифта закрылись. Он надеялся, что они заметили.
— Завоевываешь симпатии штурмовиков, как я посмотрю, — сказал отец, подходя к краю балкона.
— Они твои большие поклонники, — Люк присоединился к отцу. Параду войск конца-краю видно не было.
— Я ощутил скорее страх, чем восхищение, — заметил отец.
— Ну, ты бываешь слегка пугающим, — ухмыльнулся Люк. — Помнишь нашу первую встречу? Я был не так спокоен.
Отец не издал ни звука, не считая ритмичного дыхания.
— Я помню, ты был непослушным, упрямым и никак не мог прекратить болтать, — произнес он спустя какое-то время. Отец опустил взгляд. — Если бы я только знал, что это лишь начало.
— Если ты имеешь в виду тот случай, когда ты отвез меня в медцентр, то это был не первый раз, — улыбнулся Люк. — Да ладно, я понимаю, что уже год прошел, но я все помню.
Отец выглядел задумчивым.
— Просвети меня.
— У тронного зала императора. Ты чуть не врезался в меня.
— «Чуть не врезался» вряд ли тянет на встречу. Если уж мы считаем этот случай, я полагаю, мы виделись еще раньше на приеме во дворце.
— Хм-м-м, и правда, — сказал Люк. — Я помню, как почувствовал что-то, увидев тебя. Что-то похожее на удар тока. Я только не знал, что это означало. Это была Сила?
— Без сомнений. Я почувствовал то же самое, — признался отец. — Если бы я уделил больше внимания своим ощущениям, я бы понял, что ты куда важнее, чем кажешься на первый взгляд.
— Я бы даже не знал, кто ты такой, если бы не увидел тебя в новостях, когда впервые прибыл сюда. На ферме мы получали только местные новости из Анкорхеда. Обычно о погоде.
Люк уставился на парад войск невидящим взором, поражаясь тому, как далеко от Татуина забросила его жизнь. Трудно поверить, что он живет на Корусанте всего-то чуть больше года.
— Ты многого достиг в минувшем году, — посмотрел на Люка отец. — Тебе было нелегко привыкнуть к новому образу жизни, но ты прошел через все испытания, уготованные на твоем пути.
Люк улыбнулся, чувствуя одновременно и смущение от похвалы и приступ веселья от ее драматической формы.
— Я все еще многого не понимаю, — сказал он. — Например, почему председатель Сената ненавидит меня?
— Он считает, детей не должно быть ни видно, ни слышно, — объяснил отец. Он помолчал немного и добавил. — Я тоже привык так думать. Теперь я окончательно и бесповоротно вступил в ряды родителей. Ирония судьбы.
— Я рад, что ты нашел меня, — произнес Люк, задумчиво глядя вдаль. — Кто знает, чем бы все закончилось для меня, если бы не ты.
Отец ничего не ответил. Люк бросил на него взгляд и снова вернулся к созерцанию бесконечных рядов марширующих войск. Парад уже завершался, последние отряды покидали площадь.
— Хорошо, что мы во всем разобрались, — добавил Люк. — Раньше я и представить не мог, что мы так хорошо поладим. Не считая периодических споров.
— Или, возможно, мы периодически ладим в промежутках между бесконечными спорами, — сухо заметил отец.
Люк застонал. Секунду спустя он подпрыгнул от громкого хлопка. Огромный красочный взрыв расцвел перед его глазами. Фейерверк!
Люк крутился возле отца, желая разглядеть получше. У него не было ни капли сомнений, что это лучшее шоу фейерверков в галактике. Ракеты со свистом взлетели в воздух, оставив за собой светящийся след. Взорвавшись, они образовали эмблему Империи, ярко сияющую красным в ночном небе. За эмблемой последовало множество меньших взрывов. Некоторые из них складывались в картинки, из других сыпались бесчисленные сверкающие шарики. Люк смотрел, как зачарованный.
Отец больше ничего не произнес. Вместо этого, он положил руку на плечо Люка и увел его к лифту. Посыл был ясен — он хотел, чтобы Люк вернулся в императорскую смотровую гостиную, а не торчал на балконе. Спорить бесполезно. Вдобавок, на улице становилось немного зябко. Не говоря уж о запахе гари.
— Скоро шоу закончится, — произнес отец, когда они вошли в лифт. Еще один громкий взрыв послышался в отдалении, Люк успел разглядеть, что небо окрасилось в зеленый, прежде чем двери лифта закрылись.
— Что потом? — спросил Люк, подавляя зевок. — Еще одна вечеринка?
— Больше речей, — ответил отец.
Люк в ужасе поднял на него глаза. Отец встретился с ним взглядом. Не сразу, но все же до Люка дошло, что отец пошутил.
— Не смешно.
— Лучшие оперные певцы галактики дают концерт в Императорском дворце. Однако мое присутствие не требуется, так что мы с тобой вольны заняться, чем угодно.
— Мы можем еще полетать? — попросил Люк.
— Я уверен, полетов на сегодня более чем достаточно.
— Нет, не достаточно, — сказал Люк. — Да ладно, ведь у меня день рождения!
— Очень хорошо.
Люк ухмыльнулся. К хорошему быстро привыкаешь. И у него еще есть несколько часов, чтобы извлечь из своего дня рождения как можно больше выгоды.
Личная смотровая гостиная императора почти опустела. Император обсуждал что-то с помощниками в смежной комнате. Отец показал ему на кресла.
— Присядь, я прикажу дроиду принести тебе еды.
