Люси не могла с нею не согласиться: жизнь ее действительно состояла теперь главным образом из беготни с подносами. Вот и сейчас она готовила еду и раскладывала ее на эти самые подносы.
- А сестры эти, палец о палец не ударят! - возмущалась миссис Киддер. - Им бы только чаевничать! Не успеваю заваривать чай, да еще подавай им покрепче! И еще корми их! Совсем уже сил нет, еле на ногах держусь.
Она просто упивалась своим самопожертвованием, хотя на самом деле работы ей почти не прибавилось.
- Вы себя совсем не жалеете, миссис Киддер, - сочувственно сказала Люси.
Миссис Киддер просияла в ответ. А Люси взяла первый поднос и поплелась по лестнице наверх.
- Это что? - брезгливо поморщился мистер Крэкенторп.
- Крепкий бульон и заварной крем.
- Несите обратно! И пробовать не стану эту дрянь. Я же сказал сестре, что хочу бифштекс.
- Доктор Куимпер считает, что вам пока рано есть бифштекс, - сказала Люси.
Мистер Крэкенторп фыркнул.
- Я уже почти здоров. Завтра поднимусь с постели. А как делишки у остальных?
- Мистеру Харольду гораздо лучше, - ответила Люси. - Завтра он собирается в Лондон.
- Скатертью дорога. А как Седрик? Есть надежда, что и этот завтра уберется на свой остров?
- Нет, у него пока нет на это сил.
- Жаль! А что поделывает Эмма? Почему даже не зайдет меня проведать?
- Она еще в постели, мистер Крэкенторп.
- Женщины любят нежиться в постели, - сказал мистер Крэкенторп. - А вот вы - совсем не неженка, - с похвалой добавил он. - Небось целый день на ногах, верно?
- Да, интенсивно тренирую все группы мышц, - пошутила Люси.
Старый мистер Крэкенторп одобрительно кивнул.
- Да, вы отнюдь не неженка, - повторил он, - я помню давешний наш разговор. Скоро вы сами увидите, что я слов на ветер не бросаю. Эмме не вечно тут командовать, все еще переменится. И не слушайте тех, кто твердит вам, будто я - старый скряга. Я просто бережлив. Сумел припасти кругленькую сумму и знаю, на кого их потрачу, когда придет время. - Он бросил на Люси плотоядный взгляд.
Увернувшись от цепких стариковских пальцев, она поспешно вышла из комнаты.
Следующий поднос предназначался Эмме.
- О, благодарю вас, Люси. Я уже окончательно оправилась. Мне хочется есть, а это хороший признак, верно? Знаете, милая, - продолжила Эмма, когда Люси бережно поставила поднос ей на колени, - я очень волнуюсь за вашу тетю. У вас, вероятно, совсем не было времени ее навестить?
- Честно говоря, да.
- Она, наверное, очень соскучилась по вас.
- О, не беспокойтесь, мисс Крэкенторп. Она же понимает, какой ужас нам пришлось пережить.
- Вы ей звонили?
- Нет. В последние дни не звонила.
- Так позвоните скорей! Звоните ей каждый день. Старым людям так важно знать, что происходит с его близкими и вообще на белом свете. Им приятно, когда с ними делятся.
- Вы очень добры, - сказала Люси. Спускаясь вниз за новым подносом, она испытывала легкие укоры совести. В самом деле, когда дом превратился в форменный лазарет, у нее не было ни минутки подумать о ком-то, кроме больных. Она решила позвонить мисс Марпл, как только отнесет ленч Седрику.
В доме теперь оставалась только одна медсестра. Наткнувшись на нее в холле, Люси сердечно с ней поздоровалась.
Седрик, непривычно аккуратный и даже причесанный, ел сидя в кровати и что-то сосредоточенно писал на листках бумаги.
- Привет, Люси, - сказал он. - Ну, каким адским зельем вы будете поить меня сегодня? Послушайте, как бы избавиться от этой кошмарной сестрички? Она так сюсюкает, что с ней просто невозможно разговаривать. Почему-то обращается ко мне на "мы"! "Ну как мы себя сегодня чувствуем? Мы хорошо выспались? О Господи, какие мы проказники, сбили все простыни и одеяло!" - Седрик мастерски изобразил манерный голосок сестры, заговорив высоким фальцетом.
- Кажется, вы сегодня в веселом настроении, - заметила Люси. - Чем это вы заняты?
- Планами, - ответил Седрик. - Прикидываю, как распорядиться имением, когда старик сыграет в ящик. Знаете, это чертовски дорогая земля! Вот думаю оставить какую-то часть себе и настроить тут коттеджей или продать все скопом. Лакомый кус и для промышленников. А дом сгодится на приют для престарелых или для школы. А может, продать половину земли, а на оставшейся на вырученные деньги устроить что-нибудь шокирующее? Как вы думаете?
- У вас этой земли пока нет, - сухо заметила Люси.
- Нет, так со временем будет. В отличие от прочего наследства, она не подлежит разделу. Я получу ее целиком. И если продам за хорошую цену, то это уже будет капитал, а капитал налогом не облагается, не то что доходы с капитала. Куча денег! Вы только вдумайтесь!
- Вы всегда давали понять, что презираете деньги, - напомнила Люси.
- Конечно, презираю, у меня же их пока нет. Это единственный способ сохранить собственное достоинство... Какая вы красивая, Люси... Или мне просто кажется, потому что я давно не видел хорошеньких женщин?
- Скорее всего, именно последнее.
- Продолжаете всех и вся приводить в порядок?
- Кажется, кто-то немало потрудился, приводя в порядок вас. - Люси критично оглядела его.
