– Давайте! – поддержали её ребята, и все побежали за продуктами.
Не побежал в спальню только один Валька. Но ребята его накормили очень хорошо: и пирога дали, и колбасы, и конфет…
А потом пионеры всем отрядом пошли на колхозную ферму и привели оттуда к столовой двух коров. И коровы стали лизать манную кашу со сливочным маслом. Не пропадать же добру!
Федя Петров торопился из школы домой: скорей бы поесть! Сегодня опять его бутерброд с колбасой съел Мишка Бутылкин.
На большой перемене Федя в буфете положил свой завтрак на стол и пошёл за чаем. Вернулся – бутерброда нет, а Мишка стоит у стола, жуёт и нагло ухмыляется.
И, кстати, не у одного только Феди этот Мишка отнимал завтраки. Он бесцеремонно заглядывал в сумки и к Свете Крюковой – Фединой соседке по парте, и к Петьке Тихонову – худенькому мальчишке с большими ушами, и к другим ребятам.
Сначала все Мишку жалели. И действительно, почему не поделиться с товарищем – ешь на здоровье! Но вскоре все заметили, что Мишка уже нахально стал требовать угощения:
– А ну-ка, Федька, покажи, что у тебя сегодня в меню? Опять колбаса? И чем тебя только дома кормят! Вот у Светки бутерброд – это да! С паштетом! И с жареным лучком да с яичком!
И странное дело, эти разговоры обычно происходили на большой перемене, после того как Мишка покупал себе в буфете сметану, винегрет или студень.
Как-то Света ему сказала:
– Не думай, Мишка, что я какая-нибудь жадина, но ведь это некрасиво – попрошайничать!
– Ух ты, комарик! – усмехнулся Миша и надавил ей пальцем нос.
Маленький Петька Тихонов, у которого Мишка как-то, роясь в сумке, раздавил яйцо всмятку, сжав кулаки, подскочил к нему:
– Ну ты, бутылка зелёная! Ты поосторожнее! Ты поосторожнее! Ты чего к девчонке пристал?
– Кто бутылка зелёная? – оторопел Мишка Бутылкин.
– Ты! – твёрдо ответил Петька. – И не думай, что если ты здоровый, так ты уж тут и бог и царь!
– Ой комедия! – делано засмеялся Мишка и поднёс к Петькиному лицу кулак. – А с товарищем Кулаковым ты знаком?
Он размахнулся, и вдруг Петька, будто сам по себе, отлетел в угол класса. А Мишка засунул руки в брюки и как ни в чём не бывало вышел в коридор.
Федя подбежал к Петьке и сказал, что надо сейчас же пойти в учительскую и рассказать обо всём Клавдии Сергеевне. Но Петька, похрамывая после падения, гордо вскинул голову. Нет, он никогда не был ябедой!
Конечно, будь Федя сильным, он бы подошёл к Мишке и так бы ему трахнул – тот три раза бы в воздухе перевернулся! Но что он мог сделать с этим человеком? И впрочем, дракой делу не поможешь.
Федя целый день ходил хмурый и задумчивый. Он строил планы мести. Ему хотелось то вылить Мишке на голову ведро чернил, то отрезать у него на пальто все пуговицы или зашить рукава, а то наложить ему в портфель сто лягушек. Он даже уроки не готовил. И только лишь к вечеру, когда мама, ожидая папиного прихода с работы, стала накрывать на стол, гениальная мысль осенила Федю…
Наутро в школе на большой перемене Федя с Петькой и Светой сели за круглый стол в буфете и стали завтракать. За соседним столом Мишка уплетал за обе щеки борщ и пшённую кашу. Потом, сытый, с красным лицом, он подошёл к ребятам и сказал:
– Ну-с, граждане, завтракаете? Приятного аппетита! А я пришёл к вам подкрепиться. Возражения будут?
И он сел на свободный стул и стал заглядывать в тарелки к ребятам.
– Ну, какой у вас сегодня ассортимент? – говорил он. – Хо, что я вижу?! Пирожки! Можно попробовать?
– Нет, – сказал Федя.
Но Мишка уже схватил самый большой пирожок и быстро запихнул его в рот.
– Ай, ай! – покачал он головой. – Нехорошо быть жадным!
И тут произошло неожиданное. Когда Мишка стал жевать пирожок, глаза у него вдруг выпучились.
– Ребя! – прошептал он. – Что это такое, ребя?!
Вид у него вдруг стал жалкий: лицо посинело, в глазах – слёзы.
– Что с тобой, Мишенька? – спросил Петя.
– Вы… вы мне перцу по… под… сыпали! – задыхаясь, проговорил Мишка.
– А ты ешь, угощайся! – улыбнувшись, сказала Света. – Нам не жалко. Сегодня у нас пирожки по-кавказски!
…В этот день Миша ушёл с уроков. «По болезни».
После этого случая он уже не лазил по ребячьим сумкам.
Когда Коля Евдокимов, староста третьего класса «В», на перемене при всём честном народе назвал Серёжку Филатова мямлей, тряпкой и человеком без воли за то, что он опоздал в класс и тем самым подвёл ребят, Серёжка твёрдо решил доказать Евдокимову, что все его обвинения беспочвенны. Да, он опоздал потому, что проспал, но что он человек без воли – это ещё бабушка надвое сказала.
– Ну и как ты докажешь, что у тебя есть воля? – спросил на перемене Евдокимов.
– А вот докажу, – сказал Серёжка. – Наблюдай с этой минуты за мной.
И действительно, с этой минуты Серёжка на глазах преобразился.
Перед уроком он при всём классе съел кусок мела, потом попросил принести с улицы какую-нибудь ледышку, положить ему за пазуху и посмотреть, дёрнется ли у него хоть один мускул на лице.
Мускул не дёрнулся.
Наконец, когда начался урок арифметики, он уставился на Марию Яковлевну и, не мигая, смотрел на неё все сорок пять минут.
