Я вскочила с дивана, отгораживаясь от неизвестности, но в следующую секунду остановилась как по команде. Рядом сидел мой ангел-хранитель, взирая на меня с нежностью и состраданием. Наверное, это помутнение рассудка, ведь я даже не слышала, как кто-то вошёл в квартиру или стучал в дверь. Но вот же он передо мной во плоти, одетый как обычно в видавшую виды футболку и джинсы. На груди поблёскивала серебром цепочка, спрятанная под одежду. Вот только на лице пролегли заметные тени и костяшки пальцев были разбиты в кровь. Свежие раны.
Затаив дыхание, я осторожно протянула руку, боясь, что иллюзия рассыпится в прах, но Максим сам подался вперёд, заключая в свои руки. Я ответила на его объятия так сильно, как только могла. Живой, настоящий. Его запах, который я безошибочно узнала бы и двадцать лет спустя, мощный стук сердца, отдающийся в моём собственном. И тепло, проникающее под кожу, наполненное чувством абсолютного счастья. Тело окутал покой, унимая дрожь и иссушая слёзы.
– Это не сон? Ты и правда здесь?
Он гладил меня по волосам, привычно закапываясь в них носом. Пальцы выводили линии на спине, а я с благодарностью и трепетом принимала ласки.
– Я здесь, я рядом, – раздалось у самого уха. – Прости, что не успел.
– Но… но ты остался в Париже. Я оставила тебя в Париже.
Максим покачал головой.
– Ты оставила меня, но я не смог сделать то же самое.
Я захлопала ресницами, пытаясь понять смысл его слов.
– Август сказал, что вы были рядом? Как он узнал, где я живу? Откуда у него мой ключ?
Максим прикрыл глаза, сокрушённо опустив голову.
– Только не злись, прошу. Ты никогда бы не заметила, что за тобой наблюдают. Узнать, какую квартиру ты приобрела не составило труда и договориться с управляющим дома о дубликате ключей тоже. На всякий случай. Я не собирался врываться без приглашения.
– Так ты был рядом…
– В Париже, в Петербурге. Куда бы ты не отправилась. Я видел твой успех, был на первых съёмках, следил, как ты проводишь время с братом. Даже в магазине, где ты выбирала этот диван. Я столько раз хотел подойти, но…
Я взяла в ладони его лицо, заставив взглянуть мне в глаза.
– Но?
– Прости, – Максим поморщился как от боли. – Я так сильно обидел тебя. Думал, ты ненавидишь меня и погонишь прочь, явись я на коленях вымаливать прощение. Но отпустить тебя совсем я не мог. Хотелось знать, что у вас всё хорошо, оградить тебя от забот, просто сделать тебя счастливой.
Он крепче обхватил меня за талию, сажая к себе на колени. Я обвила руками его шею, не решаясь довести дело до поцелуя. И Максим также не спешил. Он вглядывался в моё лицо, проводя пальцами по щекам и губам, изучая, сильно ли изменились мои черты. Грудь сладко ныла от его прикосновений и поглаживаний. Если он хотел сделать меня счастливой, то лучшего способа нельзя было и придумать.
– Если бы я только знал, Мила. Я так боялся, что ты откажешься от моей помощи, что не решался подойти ближе чем на сотню метров.
– Значит, всё, что происходило, твоих рук дело? Ты помог с опекой? Только прошу тебя, не лги.
– Больше никакой лжи, – он твёрдо кивнул. – Я сделал так, чтобы никто не чинил тебе препятствий.
– А миллионный счёт на моё имя? Зачем?
– Это меньшее, что я мог сделать, чтобы искупить свои грехи. Я не пытался заставить думать тебя, что ты особенная. Ты и правда стала для меня такой. И целовал я тебя вовсе не из-за жалости, а потому что безумно этого хотел.
– Но Элена…
– Элена может говорить, что угодно, но правда в том, что ты оказалась права, думая, что смогла что-то во мне изменить. Когда я увидел твой номер на экране телефона, поначалу не поверил глазам. Подумал, может, ты простила меня или хочешь встретиться. Но то, что я услышал… – Максим ухватился за мои ладони. – Такого дикого страха я не испытывал ни разу в жизни.
Я неохотно отстранилась и опустила взгляд на его ладони. Кровь на костяшках начала сворачиваться, превращаясь в бурую корку.
– Что ты с ним сделал?
– Он получил по заслугам. Тебе ничего не угрожает.
Понимая, что Дмитрия больше нет в живых, я не испытывала к нему ни малейшего сочувствия, но и полной сатисфакции не чувствовала так же. Он заслужил то, что сделал с ним Максим, но увы, месть не вернёт мне утраченного.
– Но как ты понял, где меня искать?
– Ты не сменила телефон. Помнишь, как я нашёл тебя в прошлый раз, когда ты сбежала? Потребовалось всего пару минут, чтобы снарядить целый отряд, и всё это время я не отрывал трубку от уха. Я слышал всё, в чём он сознался, и совершенно не жалею о том, что с ним сделал. Он не достоин был даже гнить в тюрьме.
В первый раз в жизни я обрадовалась, что оказалась под таким контролем. Молча закивала, разделяя всё сказанное. Око за око. У него было меньше причин для мести, но Максим за меня расквитался с Манцевичем по древнему как мир закону.
– И я слышал тебя. Все твои слова.