— Весь день, ведь на мне целый этаж. Дел много, все надо содержать в чистоте иначе уволят. Так мне сказали при приеме на работу, что с этим тут очень строго.
— Хочу для суда подчеркнуть, что за пятнадцать тысяч приходится работать с утра до вечера, — произнес Азаров. — А есть ли выходные?
— Да, один в неделю, в одну неделю суббота, в другую — воскресенье.
— Я бы хотел подчеркнуть это обстоятельство, — произнес Азаров. — Оплата труда совершенно непропорционально самому труду. Пользуясь тем, что девушка в безвыходном положении работодатель по сути дела ее обкрадывает.
— Мы не на политическом митинге, чтобы обсуждать подобные темы! — вскочил Михаил Ратманов. — Требую это прекратить.
— Я так не считаю, — возразил Азаров. — Все имеет свои причины и следствия.
— Продолжайте, — снова разрешил «судья».
— Скажите, вам хватает денег на жизнь?
— Нет, даже на самое необходимое не всегда хватает. Но я умею хорошо экономить.
— У вас, кроме той одежды, что сейчас на вас, есть другая?
— Есть одна юбка и кофта, я их из дома еще привезла.
— Да, совсем небольшой гардероб. Давайте перейдем к самому событию. Катя, объясните всем нам, почему совершили кражу?
Внезапно девушка разразилась рыданиями. Слезы обильно потекли по щекам, а из горла вырывались громкие всхлипывания.
— Катя, успокойтесь, вам нужно честно рассказать, как все случилось. От этого во многом зависит ваш приговор.
Девушка в знак того, что она это понимает, кивнула головой и попыталась успокоиться.
— Рассказывайте, — попросил Азаров.
— Я все расскажу. Ничего такого я не собиралась делать. Я вошла для уборки в ванную комнату — и вдруг увидело эту вещь. Я не понимаю, что со мной произошло, какая-то сила заставила меня взять это колье. И я выбежала тут же в коридор.
— Что было дальше?
— Я пришла в свою комнату, я не знала, что мне делать. Я хотела вернуть эту вещь на прежнее место, но испугалась, что меня заметят. Думала подбросить колье немного позже, но не успела.
— Так все преступники говорят, что хотели вернуть украденное, да что-то им помешало, — снова выкрикнул Михаил Ратманов. — Я в это объяснение не верю ни минуты.
— Я хотела вернуть колье, — снова проговорила девушка и вновь зарыдала.
— Скажите, Катя, что же все-таки вас толкнула на такой поступок? — спросил Азаров. — Только абсолютно честно.
— Я скажу честно. Когда я его увидела, сразу поняла, что оно очень дорогое. И мне захотелось с его помощью все изменить. Но когда я пришла к себе, то поняла, что наделала. Умоляю, простите меня, я никогда так больше не поступлю.
— Адвокат, я прекращаю ваш допрос подсудимой, все уже ясно, — произнес Герман Владимирович. — У вас есть, что сказать по существу дела?
— Да, ваша честь. Я бы хотел обратить внимание на несколько моментов. На мой взгляд, они наглядно характеризуют не только то, что произошло в этом доме, но и то, что происходит по всей стране. Это гигантский и ничем не оправданный и не обоснованный разрыв в доходах между богатыми и бедными. В этом шикарном поместье, где все буквально кричит о роскошной жизни его хозяев, прислуга ютится в малюсеньких коморках и получает зарплату, на которую просто невозможно существовать. А если и можно, то только в полуголодном состоянии. Скажите, Катя, вы питаетесь здесь нормально, не испытываете голода?
— Я протестую! — закричал «прокурор».
— Протест отклоняется, адвокат продолжайте, — заявил «судья».
— Спасибо, Прошу подсудимую ответить на мой вопрос.
Бухарова бросила испуганный взгляд на Михаила Рахманова, затем нерешительно оглядела окружающих.
— Не бойтесь, отвечайте, это в ваших интересах, — подбодрил ее Азаров.
— Я все время была голодна, — тихо произнесла девушка.
— И это при том, что еды в доме огромное количество, много ее остается и просто выкидывается. Когда царит такая вопиющая несправедливость, то моральные установки невольно искажаются. И моя подзащитная оказалась жертвой такого воздействия на ее еще неокрепшую психику. Ни в коей мере не оправдаю ее поступок, но, во-первых, он совершен под воздействием той обстановки, которая существует здесь. Во-вторых, моя подзащитная быстро раскаялась и хотела вернуть колье. Это так? — посмотрел Азаров на Бухарову.
— Да, — кивнула она головой, — поверьте, я правда, очень хотела это сделать. Я сразу пожалела, что так поступила.
— А если человек раскаялся, то, как минимум, заслуживает снисхождения. К тому же предложенное прокурором наказание чрезмерно жесткое. У Кати нет другого жилья, изгнание по сути дела означает, что ей придется жить либо на улице, либо в самой дешевой ночлежки. В нынешней ситуации это практически означает заражение вирусом. А это уже прямая угроза ее жизни. С моей точки зрения эта неоправданная жестокость. И уж тем более, нет оснований для передачи этого дела в прокуратору, украденное колье вернулось хозяину.
— Что вы предлагаете? — спросил «судья».
