– Можно считать это экспертным заключением?
– Послушайте, – он вдруг стушевался, опустил глаза, сказал примирительно: – я ничего такого, все, что нужно, в отчете.
Двое экспертов направились к воротам, больше не глядя на нас, я проводил их взглядом. Когда они скрылись из виду, Войцех сказал негромко:
– Уроды. Была б моя воля… Но такое тут в порядке вещей, как и на Марсе, а? Не боишься, что заподозрят в симпатиях к нелюдям?
– Нет. Я здесь не для этого.
Мы подошли к своему карту, забрались на жесткие сиденья. Войцех включил питание, развернулся на крошечном пятачке с лихостью профессионала.
– Куда теперь?
– Думаю, нужно пообедать, а потом… У тебя есть указания, куда меня разместили?
– Да, – карт покатил по пандусу, Войцех повернул руль и вдавил педаль так, что завизжали покрышки, а мен пришлось ухватиться за поручень. – Номер оплачен, это в жилых секторах, там и пообедаем.
Обратно ехали той же дорогой, как я понял, она же и единственная в сторону мастерских. Когда проезжали импровизированный рынок, уже знакомого продавца на месте не оказалось. Карт пронесся по узким захламленным улицам, привычно сопровождаемый взглядами, полными неприкрытой угрозы. Круговая улица, на которую мы наконец выехали, показалась слишком яркой. Назойливая реклама, виртуальный свет от которой бил по зрительным нервам не слабее реальных фонарей, после полумрака трущоб резала глаза. За время, что мы отсутствовали, народу на улицах прибавилось. Помимо собратьев моего провожатого и знакомых скатов появились и другие, спецификации которых было почти не различить под мешковатой одеждой и накидками. Войцех опасно маневрировал, едва не задевая идущих, наконец, резко подал карт к стене и затормозил.
– Приехали!
Я выбрался на пластик улицы, осмотрелся. Мы остановились у заведения под ожидаемым названием "У Большого Ю". Едва карт остановился, из стены появился виртуал, мгновение анализировал меня и, наконец определившись, принял облик высокой стройной женщины-норм. Минимум одежды компенсировался формами, иссиня-черные волосы струились на грудь, прикрывая плечи. Шагнув ко мне, женщина заговорила низким грудным голосом:
– Добро пожаловать к Большому Ю! Здесь вас ждет лучшая кухня в системе, самые удобные и комнаты и самые утонченные развлечения…
Я усмехнулся про себя. Пройти полицейскую защиту и просканировать мои данные виртуал не сумел и включил стандартную программу, рассчитанную на среднего норма мужского пола и моего возраста, но подозрительно эта смоделированная личность была похожа на главного сетевика станции Феррару. Когда рядом появился Войцех, шагнув за невидимую границу, виртуал замерцал, в доли секунды то вытягиваясь в длинную худую фигуру с голым блестящим черепом, лишь чертами лица похожую на женщину, то вновь изображая женщину-норм. Наконец, так и не решив, какая из форм предпочтительнее, исчез вовсе.
Войцех направился ко входу в "Большой Ю", я двинулся следом. Высокие двери скользнули в стороны, мы прошли через ярко освещенный холл. Высоко, у самого потолка, горели лампы, по стенам струился мягкий фрактальный рисунок,. Достигая пола он переходил на пластиковое покрытие, которое реагировало на наши шаги, оставляя позади длинную цепочку медленно гаснущих золотистых следов. У стен слева и справа тянулись ряды мягких кресел-трансформеров, задуманных, как одинаково удобные для морфов и людей-норм, но сейчас подстроенных под нечеловеческие фигуры. Мы с Войцехом подошли к конторке, за которой без паузы материализовался виртуал, но тут же знакомо замерцал, не в силах выбрать подходящую форму. Я сказал, чуть раздраженный рябью в глазах:
– Базовая модель, пожалуйста. Коростылев Вэ Эс, на мое имя забронирован номер.
Виртуал перестал мерцать, теперь перед нами стояло безликое и бесполое существо. Раскрыв появившуюся перед ним книгу, он изобразил задумчивость и спустя пару секунд ответил:
– Да, номер 27, второй этаж. Ваши биометрические данные переданы. Что-то еще?
– Где у вас можно пообедать? – я демонстративно осмотрелся.
– Прошу за мной, – ответил виртуал и вышел из-за конторки. Стена за его спиной оказалась лишь частично реальной, проекция расступилась, пропуская нас дальше. Короткий широкий коридор резко поворачивал направо, выходя в просторный зал с множеством универсальных столов, также замерших в форме, предназначенной для людей-плюс. При нашем появлении внутренне пространство расцвело виртуальным светом, в звуковой канал ринулась бодрая музыка, ненавязчивая, но чуждая, как для европейца китайские напевы. Я отсек ее, сократил поток визуального наполнения вдвое, и только после этого пошагал к ближайшему свободному столику.
В избавленном от цифрового шума зале можно было рассмотреть других посетителей. На противоположном краю зала сидели, скрывшись в коконе из крыльев, трое или четверо скатов, недалеко от них о чем-то горячо спорили двое ремонтников, стол между ними был завален бутылками. Еще несколько морфов рабочих модификаций сидели поодиночке, склонившись перед тарелками.
