– Она внучка того странного типа, который управляет сайтом «Айсберг»? – переспросил Зак, стараясь говорить спокойно, но в голосе явственно слышались ноты удивления и любопытства. – Часовой – женщина? Ты серьезно?
Фэллон стоял у окна своего офиса и смотрел на кафе «Саншайн» через дорогу, туда только что зашла Изабелла в сопровождении Рене, жены Зака, чтобы купить маффинов Мардж. Они собирались перекусить, пока не прибыла команда Рафанелли.
– Ты же знаешь: я всегда серьезен.
– Ну разумеется, как же иначе. Только серьезность твоя порой бывает весьма специфической.
Фэллон оглянулся. Двоюродный брат непринужденно сидел за его столом, сложив руки на груди. Они с Заком были немного похожи: как и другие мужчины клана, темноволосы и подтянуты, – а также обладали сверхъестественными способностями.
Зака отличали льдисто-голубые глаза, и меньший, чем у кузена, на пару дюймов, рост, но главное отличие заключалось в природе сверхъестественных способностей. Зак лучше всего умел предугадывать и понимать те или иные действия, что очень помогало ему на посту Мастера общества «Аркан». Его дар можно было назвать редкой формой психометрии. Он мог взять в руки пистолет или нож, которым было совершено убийство, и почувствовать, что испытывал киллер в момент преступления.
Зак нашел себе и спутницу жизни со схожим талантом. Рене могла воспринимать звуки, которые обычному человеку не слышны. Входя в контакт с энергией, которая сопровождала акт агрессии, она превращала ее в голоса. Так, с ней мог говорить убийца, и жертва.
Зак, как многие в их семействе, некоторое время работал в «Джонс и Джонс», но затем – опять же следуя примеру других мужчин клана – решил заняться управлением обществом «Аркан». По мнению Фэллона, эта перемена пошла на пользу всем. Зак отлично умел отдавать приказы, но сам редко им подчинялся.
– Ты приехал, чтобы поговорить о моем специфическом чувстве юмора или все-таки о тайнике с игрушками миссис Брайдуэлл? – раздраженно спросил Фэллон.
– И я тоже очень рад тебя видеть, кузен, – невозмутимо произнес Зак.
– Ладно, извини. – Фэллон поморщился. – В последнее время столько дел свалилось… Честно говоря, твой утренний звонок застал меня врасплох. Ты сказал, что уже едешь в Коув, а я был не готов принимать гостей.
– После того как мы поговорили с тобой вечером, я рассказал о твоей находке Рене. И мы решили, что такое событие в истории «Общества» пропустить никак не можем.
– Не может быть, чтобы вы приехали сюда из самого Сиэтла только ради старинных механизмов.
– Да, у меня есть и другая причина повидаться с тобой, но игрушки Брайдуэлл тоже чрезвычайно интересны. «Джонс и Джонс» так и не смогла найти все ее изобретения, после того как в конце девятнадцатого века руководство закрыло это дело. В то время не удалось даже подсчитать, сколько всего игрушек она сделала. Найденные «диковины» тогда спрятали в Англии, в хранилище общества «Аркан», но некоторые из них исчезли во время Второй мировой. Каким же образом они оказались тут, в Скаргилл-Коуве?
– Я пока этого не знаю. Могу лишь сказать, что двадцать два года назад ими завладели трое ученых. Они привезли оружие сюда и стали проводить эксперименты. Один из них погиб во время взрыва.
– Хотели узнать, как эти чертовы устройства работают, – сказал Зак.
– Точно. Я проверил записи о собственниках. Раньше мотель «Морской бриз» принадлежал семье Келсо. Последний оставшийся в живых член этой семьи, Джонатан Келсо, находится в психиатрической клинике. Двадцать два года назад с ним что-то произошло, и он сильно повредился в уме.
– Результат взрыва?
– Интуиция говорит мне, что да. Я навещу его, как только появится такая возможность. Сейчас у меня полно других важных дел. Первым делом надо вывезти отсюда механизмы и без приключений доставить в лабораторию.
– Их тайна заключена в стекле, которое использовала Брайдуэлл, – сказал Зак. – И по сей день никто не понимает, каким образом в них действуют законы парафизики. Но почему Келсо и его приятели привезли приборы сюда? Конечно, они знали о старом бомбоубежище, но можно было найти сотню других подходящих для этого дела мест.
– Я на девяносто девять процентов убежден, что решающим фактором было то, что Скаргилл-Коув находится в сильной аномальной зоне.
– Да? – Зак глянул в окно. – Не знал. Я всегда думал, что ты переехал сюда, потому что любишь одиночество.
– И это тоже, но больше всего меня привлекла энергия Коува. Ее чувствуешь не сразу, но потоки очень сильные, и через какое-то время ты начинаешь понимать, что это место – особенное. Здесь мне даже думается легче.
– Ясно, я тебе верю. Но признайся – ты избегал общения и до той катастрофы трехлетней давности, а после нее вообще стал отшельником. Черт, ты совсем пропал, когда перебрался сюда.
– Мне нравится этот городок.
– Я вижу.
Зак некоторое время помолчал. Фэллон терпеливо ждал.
– Думаю, что пора поговорить о второй причине моего появления здесь, – наконец проговорил гость.
– Я этого ждал.
– Ну конечно – ведь у тебя дар.
– Тогда начинай.
