— Почему вы меня избегаете? — не выдержала я, — почему так относитесь?
— Я тебя не избегаю, — прошипел он, вмиг выйдя из себя, — а отношусь к тебе, как и к любому другому обслуживающему персоналу.
— Ясно, — отрезала я и быстро вышла из столовой, чтобы Максим не увидел моих слез. Софи ждала на кухне, и я поспешила обрадовать ее, что завтра мы поедем в Третьяковскую галерею.
На следующий день с самого утра Софи как подменили. Она была похожа на маленькую заводную игрушку, чей заряд никак не кончался. Даже нелюбимый ранний подъем кроха восприняла стойко и сама торопила меня скорее спуститься к завтраку. Поскольку выезжали в город рано, завтрак для нас перенесли на полчаса раньше. Максим с нами не ел, но даже это не омрачило радости Софи. Уже перед самым выходом из дома босс появился, чтобы попрощаться с нами.
— Веди себя хорошо, принцесса, и слушайся Таню, — поднимая малышку на руки, деловито проговорил Максим.
— Хорошо, папочка! А поехали с нами? — Софи с надеждой посмотрела на отца и обхватила его лицо, словно чашу, своими маленькими ладошками.
— В другой раз, малыш. Мне сейчас надо работать, — виновато ответил он и опустил дочку на пол, — Таня, будьте аккуратны.
— Хорошо, Максим.
До Москвы мы добрались быстро и успели в метро до утреннего часа пик. Софи, крепко держа меня за руку, послушно шла рядом, но я видела, что малышку переполняют эмоции, ведь она в первый раз оказалась в гуще большого города. Все вокруг ей было интересно.
— Таня, а чем так пахнет? — спросила она, когда мы ждали экспресс.
— Пахнет? — удивилась я и принюхалась, — я ничего не чувствую.
— Такой странный запах… Это метро?
Тут я поняла, что имела в виду малышка. Действительно, у метро есть свой необычный запах, вот только мы перестаем его замечать, когда часто пользуемся этим транспортом.
— Да, малыш, это запах метро. А теперь держись крепче, наш поезд.
В вагоне было достаточно много людей, но нам с Софи уступили место, и я усадила малышку себе на коленки. Моя подопечная с интересом рассматривала пассажиров вагона, вместе с ней и я по-другому взглянула на поездку в приевшемся транспорте. Когда мне приходилось ездить каждый день в метро, я не замечала, какие интересные люди меня окружали, не прислушивалась к тембру голоса, что объявлял станции, не видела красочных афиш на стенах. То, что мы ежедневно считаем само собой разумеющимся, может быть на самом деле очень интересным. Софи задавала мне множество вопросов, а я, к своему стыду, не на все из них могла ответить. И вот мы, наконец, приехали на Третьяковскую. Наша охрана держалась поодаль и старалась не привлекать лишнего внимания; перед выходом я незаметно им кивнула.
— Ну вот, солнышко, мы приехали на нужную станцию. Она даже называется так — «Третьяковская», в честь галереи, куда мы пойдем.
— Таня, а все эти люди пойдут с нами? — пролепетала испуганная толпой спешащих пассажиров Софи.
— Нет, моя хорошая, эти люди спешат на работу. Не у всех есть машины, чтобы добираться, а те, у кого есть, часто оставляют их, чтобы не стоять в пробке, — объяснила я, ведя за собой девчушку.
— Что значит «стоять в пробке»? — нахмурилась она, очень напоминая Максима.
— Когда на дороге очень много машин, то у них не получается ехать быстро, а иногда вообще приходится стоять. Только представь, на перекрестке загорается красный свет, и все машины на дороге должны ждать зеленый, а когда ехать можно, не все успевают проскочить.
Я завела малышку на эскалатор и крепче ухватила ее ручку. Софи не подала виду, но точно испугалась движущейся лестницы. Уже почти у самого верха, забыв про свою гордость, девочка обняла меня за ноги.
— Эй, ты чего? Софи, не бойся, мы уже приехали. Иди ко мне на ручки, — я взяла малышку и вышла с ней с эскалатора. Кроха крепко обняла меня и никак не хотела спускаться, поэтому я пронесла ее по всему длинному переходу.
— Таня! — ко мне подбежал Саша, — ты чего творишь? Софи тяжелая.
— Она напугалась, поэтому я взяла ее на руки. А ты, если так беспокоишься, мог бы быть порасторопнее и сам взять малышку, — рассердилась я.
— Извини, — стушевался охранник.
— Проехали, — отмахнулась я и опустила Софи на землю, — идем, солнышко.
Мы поднимались по широкой лестнице, где вовсю разносился запах знакомого фастфуда. Макдоналдс на Третьяковской стоял как раз напротив метро, привлекая прохожих своими ароматами. Стоило Софи подняться на несколько ступенек, она тут же остановилась и опять нахмурилась, как папа.
— Таня, а тут чем пахнет?
— Ты мой маленький парфюмер, — засмеялась я.
— Кто?
— Будешь постарше — дам тебе прочесть эту книгу, — все-таки, роман Зюскинда был Софи еще не по возрасту, — а пахнет это Макдоналдсом. Это американское кафе, там не очень полезная пища. Василиса и Лиза готовят куда лучше.
— А пахнет вкусно, — грустно вздохнула девочка.
Я повела малышку дальше, и она тут же забыла о фастфуде, с любопытством рассматривая церковь, мимо которой мы шли. Поравнявшись с ней, Софи потянула меня за руку, заставляя остановиться.
