Громко топая по лестнице, я спустилась в гостиную и вихрем пронеслась по ней до столовой, где Максим уже накрывал для нас. Самонадеянный кретин!
— Ты решила их вернуть? — он удивленно приподнял бровь, глядя на цветы в моих руках.
— Именно так, — прошипела я, швыряя в него корзинку, но он успел увернуться.
— Это ты зря! — прорычал Макс и направился ко мне.
В страхе я бросилась к лестнице, но мужчина нагнал меня, схватив в охапку, потащил в гостиную и практически швырнул на диван. Чтобы я не вырвалась, он навалился сверху, придавливая своим горячим телом, но я продолжала отчаянно брыкаться.
— Ты имеешь право злиться, но я должен объяснить, почему поступил так, — пытаясь удержать меня, с трудом проговорил он.
— А я не желаю тебя слушать! Мне плевать на твои объяснения! Единственное, чего я хочу — чтобы ты оставил меня в покое! — прокричала я в лицо чудовищу.
— Тебе придется выслушать, потому что я хочу, чтобы ты была со мной, — сильнее наваливаясь на меня, заявил босс.
— Но я с тобой быть не хочу!
— Врешь! В тебе говорит обида, но чувства не обманешь!
Мужчина склонился надо мной и легко провел языком по моим губам. Я отвернула голову и зажмурилась, пытаясь продемонстрировать, как противны его прикосновения, но Максим лишь усмехнулся.
— Сегодня я всех отпустил. Мы дома одни, — прошептал он, опуская руку мне на бедро, вновь вызывая россыпь мурашек, заставляя трепетать в его руках. Но я не собиралась сдаваться. Боль, что он причинил, все еще терзала сердце.
— Тогда позвони своей Лене и пригласи ее!
— У меня ничего нет с Леной, и никогда не было. Ты сделала неправильные выводы, — устало вздохнул он, но я не верила ему. Не могла верить.
— О! Это я уже слышала: то же самое ты говорил ей про меня. На следующий день после нашей ночи…
— Так было нужно, — отрезал Макс.
— Сейчас тебе тоже нужно, чтобы снова переспать со мной!
— Не говори так! — взбесился Максим, хватая меня за запястья и заводя руки над головой.
— Правда глаза колет? — зло усмехнулась я.
— Ты нужна мне, Таня!
— Я чувствую это! — подавшись вперед бедрами, дала понять, что заметила его возбуждение.
— Ты нужна мне не только за этим. Глупая, я не могу без тебя!
Я потянулась к нему, и Макс тут же меня поцеловал. Но не это мне было нужно. Я не верила ни единому его слову, он слишком много врал. Нужно было прекратить весь этот фарс! Со всей силы я укусила Максима за нижнюю губу. Мужчина вскрикнул и отстранился. Пользуясь этим, я быстро соскочила с дивана и побежала наверх.
— Все равно ты никуда от меня не денешься! — крикнул мне вслед монстр.
Забежав к себе, я закрылась на щеколду и решила не выходить, пока домочадцы не вернутся, но мое уединение не продлилось долго. Максим, словно обезумевший стал колотить в дверь.
— Таня, открой! Давай поговорим!
— Нам не о чем говорить! — через дверь прокричала я, — отработаю три месяца и уеду!
— Уедешь? А как же Софи? Ты привязалась к моей дочери. Если не из-за меня, то ради нее останешься!
— Максим, ты испортил все, что только можно. Я люблю твою дочь и не собираюсь ее бросать. Буду приезжать к Игнату Семеновичу и видеться с Софи у него, но с тобой я не останусь!
— Слушай, я тебе все объясню, и ты поймешь. Только выслушай! — на этот раз Макс не требовал, а просил, и я почти поддалась, но вовремя опомнилась.
— Нет! Я не хочу понимать. Не хочу прощать тебя, Максим. Отпусти меня, — взмолилась я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы.
— Послушай, там в Москве у меня были самые серьезные намерения…
— Нет! Нет! Нет! Ничего не хочу слышать! — перебила я.
— Я хотел, чтобы мы были вместе… — не унимался Максим.
— Не продолжай…
— Таня!
Это было невыносимо. Максим говорил то, что я мечтала услышать, но я не могла сейчас ему верить, да и просто не хотела быть с ним. Как бы сильно я его ни любила, нельзя было ему поддаваться. Очередное предательство этого мужчины меня бы убило. Чтобы прекратить этот мучительный разговор, я ушла в ванную и включила воду, заглушая шумом его голос.
Я долго просидела в ванной, а когда вышла, был уже вечер. Максим наверняка ушел, но я не рискнула выйти. Только голод нещадно напоминал о себе. Живот крутило так сильно, что я легла на кровать, свернувшись калачиком, и начала плакать.
— Тань, я принес тебе ужин! — раздался тихий стук в дверь и голос Макса. Отвечать я не стала, продолжая молча глотать слезы, — хорошо, оставлю все под дверью и уйду. Не хочу, чтобы из-за меня ты морила себя голодом.
Выждав некоторое время, я открыла дверь и увидела столик на колесиках, сервированный для меня. Кроме этого, на нем лежал небольшой букет цветов и записка с извинениями от Максима. Босс уверял, что больше не будет груб, и пообещал не трогать меня этим вечером.
Оказалось на удивление вкусно. Никогда бы не подумала, что этот мужчина обладал кулинарными способностями, тем более что в Москве всегда готовила я.
