– Тсс… – Она поднесла палец к губам. – Дай рассказать. Некоторые дети держатся минуту или две, но в конце концов все съедают этот кусочек торта, несмотря на то что знают, что лишают себя кое-чего получше.
– Господи боже… – засмеялся я. – А я-то кем являюсь в этой метафоре?
– Это не метафора, – поправила она меня на полном серьезе, – это педагогический научный эксперимент, а я тебя поздравляю с тем, что у тебя чуть больше самоконтроля, чем у трехлетнего ребенка. – Она решилась и легонько хлопнула меня по плечу. – Молодец, я тобой горжусь.
– Великолепно. Торт – это Вероника, да ведь?
– Нет. Крошечный кусочек – это те приятные минуты, которые ты бы провел вместе с ней. А сам торт – это твоя эмоциональная устойчивость.
– Надо же… У тебя сейчас невероятно дружелюбное и открытое выражение лица.
Так и было: нежный взгляд, застенчивая улыбка…
– Знаю.
– Но я все равно чувствую себя глубоко оскорбленным.
Элена не сдержалась и рассмеялась:
– Я правда рада, что ты не ушел с ней.
Птица пролетела близко над нами, и мы увидели, как она бросилась вниз со скалы.
– Ты с самого начала думала, что это плохая идея, и тем не менее поддержала, когда она предложила пойти с ней.
Элена пожала плечами:
– Казалось, что ты этого хочешь, а я не знаю тебя достаточно хорошо, чтобы вмешиваться. – Она развернулась ко мне, будто бы только что кое-что поняла: – Мы же друг друга совершенно не знаем.
– Ну ладно, мы уже стали ближе. Ты видела мой зад.
– Еще чего. Я отвела взгляд.
– Конечно.
Вот сейчас она это сделала – отвела глаза. Снова закрыла их, слегка запрокинула голову и разрешила ветру раздуть волосы.
– Исаак, – низким голосом окликнула она.
– Мм?
– Я очень хочу есть.
Я встал и подождал ее. Мой желудок тоже уже какое-то время возмущался и требовал, чтобы я дал ему нормальную еду, а не чипсы из пакета.
Исаак привез нас в ресторанчик, в котором было не очень много посетителей, но меню, на удивление, состояло из разных вкусных домашних блюд, которые были гораздо лучше чипсов.
Я решила пойти в туалет, чтобы немного привести себя в порядок и почистить зубы.
А еще я кое-кому позвонила.
– У тебя когда-нибудь появлялось желание бросить все и сбежать?
С другого конца мне ответили смехом.
– Элена, солнышко! Какой приятный сюрприз! – Услышав голос моей тети, я тоже улыбнулась. Как и несколько недель назад, во время нашего последнего разговора, я не могла не заметить, что она немного растягивала слоги. – Конечно. Я об этом каждый день думаю, но все никак не решусь. Мне стоит беспокоиться?
– Это будет очень короткий побег, – пообещала я и, пока ждала возвращения Исаака с кофе, рассказала ей в нескольких словах об этом безумии.
– Наслаждайся, – посоветовала она мне. – Время от времени побег от реальности может быть полезной штукой. С кем ты сбежала? С Алексом?
– С Исааком, – ответила я. Кажется, в наших разговорах я никогда о нем не упоминала. – Он мой друг.
– А, ну хорошо.
– С Алексом все не так… не так, чтобы вместе сбегать.
Исаак уже оплачивал кофе у бара.
– Что-то не так? – спросила осторожно Лаура.
– Нет, что ты. Все хорошо, нормально. Слишком нормально.
Я услышала, как она вздохнула, и перед глазами появилась ее застенчивая доброжелательная улыбка.
– Ты пытаешься принимать сложные решения.
– Возможно.
Лаура вновь тихо рассмеялась:
– Не торопи события. У тебя много времени.
Я улыбнулась. Эти слова, исходящие из ее уст, были так ценны, так искренны.
Перед тем как положить трубку, я спросила, как она себя чувствовала, – без изменений. Это всегда было хорошим знаком, потому что означало, что симптомы не прогрессировали и что, возможно, лечение, которое она проходила, работало и тормозило развитие болезни.
Перед тем как попрощаться, я взяла с нее обещание не говорить ничего о побеге моим родителям; я очень ценила возможность ей доверять.
Потом мы вновь отправились в путь.
Последние полчаса Исаак пытался найти какое-то место на гугл-карте, но на этот раз мне не хотелось спрашивать о том, куда мы едем. Мы остановились в отдаленном уголке недалеко от берега и сели на скалистый пляж погреться под теплым зимним солнцем.
В какой-то момент я, кажется, заснула, а когда проснулась, то увидела Исаака с маленькой книжкой в руках. Большим пальцем он придерживал страницы, его взгляд скользил по тексту, а на лице отражалась полная сосредоточенность.
Я пошевелилась и краем глаза увидела, что это «Публика» Лорки.
Из-за влажного и соленого воздуха кончики его волос стали сильнее виться, под этим вечерним солнцем они отливали золотом.
Исаак, должно быть, увидел, что я за ним наблюдаю, потому что, не двигаясь, сразу же поднял зеленые глаза от книги, пристально взглянул на меня и, не проронив ни слова, продолжил читать.
Я снова провалилась в сон и проснулась чуть позже, когда чья-то большая и теплая рука вывела меня из транса. Я почувствовала, как она спускалась по моей спине. Из-за этого прикосновения по моему телу до самых кончиков пальцев ног пробежали мурашки.
– Эй, пора уезжать, – низким голосом позвал он.
