В конце туннеля света нет полностью

А, кстати, кто там очутился в подписантах, требующих запретить, распустить, законопатить и признать нелегитимными? Так ведь самые ж демократичные демократы, которые – давно ли – так охотно и плодовито обличали, осуждали, гневно клеймили тоталитаризм и сталинские репрессии: Белла Ахмадулина, Григорий Бакланов. Зорий Балаян. Татьяна Бек, Александр Гельман, Даниил Гранин, Андрей Дементьев, Михаил Дудин. Александр Иванов. Римма Казакова. Юрий Карякин, Александр Кушнер, Юрий Левитанскии, Андрей Нуйкин, Булат Окуджава, Григорий Поженян, Лев Разгон, Роберт Рождественский, Юрий Черниченко, Мариэтта Чудакова, Михаил Чулаки… Аж целых 42 писателя! И все – против Конституции! И все возжелали, чтоб не по Закону, чтоб по прихоти было да по понятиям.

Однако ж не все бесодемократы в те времена впали в юридическую и этическую дезориентацию. Встречались и оригиналы, понимающие – творится беззаконие, но… Вот, например, что заявляла сторонница легализации проституции, подпольный психоаналитик, писатель М.И. Арбатова: «Несмотря на то что Ельцин нарушил законодательство, я считаю, он спас демократию. Хотя и такой чудовищной ценой. Это локальное побоище спасло от еще большей трагедии [236].

Ухватываете тонкие струящиеся мотивы: «мы за ценой не постоим»? Готовы за демократию для себя любимых – тех, кто вновь гарантированно выживет, заплатить и «чудовищную цену». Ничего не жаль! Человек – ничто, демократия – все! И ничем Арбатову не смутить – ей же не впервой на рынке мошеннических информационных услуг подменой заниматься – у нее весьма нешуточный опыт соучастия в пиар-проектах да в избирательных кампаниях. Потому и выдать даже фашизм за демократию – сущая безделица!..

Можно ли тем, кого убили ельцинские активисты – борцы за «демократию», можно ли родственникам убитых сказать, что они всего лишь «чудовищная цена»? Арбатова, Ельцин, Гайдар, Ерин, Грачев – не цена, а вот они – цена…

«Я офицер внутренних войск и для меня вопрос чести сообщить вам то, что я знаю. <…> Всего в “Белом доме” было обнаружено около 1 500 (одна тысяча пятьсот) трупов, среди них женщины и дети.

Все они тайком вывезены оттуда через подземный тоннель, ведущий от “Белого дома” к станции метро “Краснопресненская” и далее за город, где были сожжены. Об идентификации и речи не было. Где жгли – не знаю.

Убитых так много потому, что из танков стреляли не болванками, как утверждают, а боевыми снарядами кумулятивного действия; возникавшая при их разрыве внутри здании ударная волна была столь сильной, что у жертв разрывалась голова. Стены были забрызганы их мозгами. Это много хуже фашизма, господа! Это чудовищно, да и словами не выразишь» [237].

Данную цифру подтверждает и вот еще какой расчет: «В официальной справке за 1993 год, подписанной зампрокурора Москвы и заместителем министра внутренних дел, упоминается более 2 200 неопознанных трупов, кремированных за 12 месяцев 1993 года в городе Москве. Для сравнения, за весь 1992 год в Москве было обнаружено всего около 180 неопознанных трупов, а за 11 месяцев 1994 года – немногим более 110 неопознанных трупа.

Всего, по независимым экспертным оценкам и заключению врачей медбригады Дома Советов, убито около 1 400–1 500 человек. В тайном уничтожении трупов по данным “Мемориала” участвовали следующие коммерческие похоронные бюро: “Аллиер”, “Анисмус”, “Гранит”» [238].

Итак, кремировано неопознанных трупов:

за 1992 год – 180,

за 1993 год – 2 200,

за 11 месяцев 1994 года – немногим более 110.

И еще одно свидетельство – президент Республики Калмыкия К.Н. Илюмжинов: «…я видел, что в “Белом доме” не 50 и не 70 убитых, а сотни. Вначале их пытались собирать в одно место, затем отказались от этой идеи – было опасно лишний раз передвигаться. В большинстве своем это были люди случайные – без оружия. К нашему приходу насчитывалось более пятисот убитых. К концу дня, думаю, эта цифра выросла до тысячи» [239].

Демократия по-ельцинистски, устанавливалась и вне стен «Белого дома». Подонки из МВД, из ОМОНа, из Вооруженных Сил стреляли, в том числе, в женщин, в детей – в затылок, в спину, в упор… Расстреливали людей, бегущих по улицам, стоящих у стен, расстреливали в подъездах и выволакивая из подъездов… Зафиксированы случаи, «…когда безоружных раненых людей, в том числе женщин, доставляли в милицию, а затем со следами истязаний – в морг» [240].

Ельцин в своей книге «Президентский марафон» пишет, что он, затеяв госпереворот 1993 года, достиг победы, которая, как известно, и есть цель совершаемых действий: «И все-таки главной своей победой считаю то, что нам удалось избежать широкомасштабного кровавого столкновения, гражданской войны между сторонниками коммунистического Верховного Совета и законной президентской властью по всей России».