У Анжи случился шок, затем последовало отрицание. Наблюдая за сменой эмоций на лице сестры, я даже радовалась тому, что наконец-то получала в ответ хоть что-то, а не безразличие и бесконечный холод. С губ Анжи сорвался сухой тихий короткий смешок, когда она выслушала меня и приняла эту правду.
– И зачем же ты все это мне рассказала, если о твоем существовании теперь не должны знать? – задала вопрос Анжи.
Я скрестила руки на груди, закинула ногу на ногу. Дождь за окном в это время начал лить как из ведра, точно смерть только что забрала здесь кого-то и природа оплакивала эту потерю.
– Затем, чтобы помочь тебе освободиться от этой дичи, – я указала взглядом на черные вены сестры. По глазам ее стало понятно, что Анжи мне не очень доверяла. Устало выдохнув, я подвинулась чуть ближе и осторожно накрыла ладонь сестры своей. – Послушай, я правда хочу тебе помочь. Хочу освободить от прошлого, которое держит тебя здесь. Хочу, чтобы ты победила тьму внутри себя. Хочу, чтобы ты знала, что была и будешь мне дорога. Хочу, чтобы ты поняла, что я никогда не желала тебе зла. – Глядя прямо в темные глаза сестры, в последний раз аккуратно сжала ее ладонь, пытаясь поделиться оставшейся частичкой тепла. – Анжи, я отобрала тебя у смерти однажды, отберу и второй раз.
Сестра прикрыла глаза и тихо усмехнулась. Прошло несколько секунд, показавшихся мне вечностью, прежде чем я услышала слова, которые стали колом, воткнувшимся мне в сердце:
– Если бы ты действительно этого хотела, то не обратила бы меня в чудовище несколько сотен лет назад. Не лишила бы той жизни, которой я заслуживала. Если бы я тебе была дорога, ты не бросила бы меня одну с кошмарами прошлого, в то время как сама убежала от них, спрятавшись в лабиринте.
Я отпустила ладонь Анжи и откинулась на спинку стула. Недолго подумав, решила все же поделиться правдой с сестрой. Возможно, только после этого она поймет, почему мне пришлось так поступить и чем пожертвовать.
– Я заключила сделку с богиней смерти. Она единственная, кто услышал мои молитвы тем вечером, когда в поле шла кровавая битва. Попросив Мару не забирать близких, я пообещала, что не допущу, чтобы люди проливали больше кровь друг другу из-за мести и власти. – Усмешка сорвалась с моих губ, когда я увидела, с каким удивлением смотрела на меня Анжи. – Да, дорогая Анжи, боги существуют, но только не те, в которых мы верим.
– К чему ты мне это рассказываешь? – не понимала сестра.
– Ты хочешь знать, почему я обратила тебя в бессмертную? – Анжи молчала, но взгляд выдавал ее. Она жаждала узнать все. – Так вот, мне не удалось выполнить своего обещания, и с тех пор шахматная доска в игре с богиней постоянно переворачивается. Это долгая история, но мне приходилось менять ход событий, чтобы не дать Маре забрать вас на тот свет. – Я закончила говорить, но тут же вспомнила, что не ответила на главный вопрос сестры: – Ах да, я обратила тебя, потому что, во-первых, не хотела, чтобы ты стала пешкой Мары, а во-вторых, таким образом я дала тебе шанс на новую жизнь.
– Стоп! – резко взмахнула рукой Анжи. – А как ты получила бессмертие? Кто тебя обратил? Эта богиня?
Довольно улыбнувшись, я снова скрестила руки на груди.
– Меня укусила змея богини, после того как я предложила сделать всех бессмертными. Все вы можете стать смертными обратно, но только тогда, когда перестанете жить прошлым и победите свою тьму внутри.
Анжи облизнула засохшие губы, прежде чем засыпать меня новыми вопросами:
– То есть ты обратила всех нас, потому что не хотела, чтобы нас забрала смерть? Что, черт возьми, ты натворила, Кара?!
Я усмехнулась, наблюдая, как сестра пыталась переварить всю информацию, которую на нее вылили в день, когда она, скорее всего, в последний раз видит меня.
– Бессмертие, боги, лабиринт, экиммонуды, – перечисляла Анжи, и в ее глазах с каждым словом потухал огонек жизни. – Прости, что говорю это, но я всегда считала тебя странной. Вернее, после того как мы остались без матери, я начала замечать, что с тобой что-то не то. Меня не покидало ощущение, что тебя будто подменили.
– Все слишком сложно, чтобы объяснить здесь и сейчас. Есть вещи, о которых я, к сожалению, не могу тебе рассказать, потому что Мара может услышать и вмешаться в события, переделывая их на свой лад, а я не хочу этого, – призналась я и, встав, направилась к окну. – Я много совершала ошибок, но все это ради того, чтобы спасти вас. Может показаться, что я так поступала из эгоистичного удовольствия и желания жестоко повеселиться, но на самом деле нет.
Ливень заливал Бен-Йорк – империю, которая скоро рухнет вместе с проклятым лабиринтом и прошлым. Пока я пыталась найти новые слова и заглушить чувство вины, в палате воцарилась удушающая тишина, которую разбавляли лишь сигналы подключенных к Анжи медицинских аппаратов.
– Ты думала, что спасаешь нас от смерти и зла, но на самом деле создала зло, не осознавая этого, – кажется, Анжи вместо меня подобрала верные слова.
