– Я прощаю тебя и благодарю за то, что ты подарила мне второй шанс на жизнь. Это был мой лучший сон, в котором я получила ответы на все вопросы, что мучили меня веками.
Уложив подругу на скамейку, когда шахматная доска исчезла, я закрыла ей глаза. Подул ветер, срывая с кустов лепестки белых роз. Я побыла здесь еще недолго, как будто и сама пыталась отпустить прошлое, а затем покинула аллею. Оказавшись в лабиринте, я увидела не только новые трещины и белые розы, плетущиеся вокруг двери, но и как с шахматной доски исчезла одна пешка.
Я снимал перчатку с левой руки, словно сдирал с себя кожу. Чудовище внутри меня уже готовилось выйти из клетки, а в голове всплывали картины, переносящие меня на берега кровавых рек и показывающие, как я вонзал клыки в шеи тех, кто был мне дорог, и как обрывал им нити жизни. Я медлил, как мог, растягивал момент. Правда, которую я узнал от королевы, уже не душила меня так сильно, как осознание, на что пришлось согласиться ради того, чтобы завершить все безумства, созданные когда-то в игре Каролины с богиней смерти. Королева переворачивала шахматную доску в истории и всегда соглашалась танцевать на лезвии безумия, когда дело касалось спасения душ тех, кто был ей дорог.
Постепенно узнавая, через какой ад она прошла и готова пройти снова, я все сильнее хотел вырвать сердце не ей, а богине смерти. Когда я чувствовал страх королевы, внутри меня все переворачивалось и покрывалось трещинами. То, что я думал, что уничтожил, похоронил навсегда в прошлом, начинало возвращаться, стоило мне только взглянуть в темные глаза королевы моих кошмаров. Пока Каролина переживала, что по плану что-то может пойти не так, я боялся, что моя тьма убьет ее раньше, чем она уничтожит лабиринт. Страх… Какое опасное и ядовитое слово, напоминающее паука, что медленно запутывал тебя в паутине и отключал разум.
По взгляду королевы я понял, что она готова вступить в борьбу хоть с дьяволом, но добьется своего. Безумие, гордость, сила воли, хитрость – у Каролины было все это. Она королева – королева лабиринтов и моих кошмаров, в которые мне предстояло погрузиться, когда я коснусь ее кожи.
– Уничтожение лабиринта требует безумств и рисков. Я создала игру, в которой правило одно: либо уничтожь, либо спаси от тьмы.
Ее усмешка, слетевшая с губ, стала последним, за что я зацепился, перед тем как вонзить клыки в собственное запястье. Страх ненадолго вновь поселился в королеве, но она быстро от него избавилась. Дав себе мысленно клятву, что сделаю все, чтобы моя тьма не убила королеву, сжал ее ладонь. Сначала я как будто вошел в огонь, но затем все погасло, а я погрузился в лабиринт, в котором вместо дверей были гниющие трупы, и по ним ползали черные змеи с пауками. Сжимая трость сильнее, я вступил в борьбу с кошмарами.
«Каролина?» – раздался в голове голос из прошлого, когда я обнаружил среди трупов собственное тело.
Воспоминания, словно молния, вспыхнули в голове и унесли меня в ту проклятую ночь, когда королева обратила меня в чудовище.
Глаза Каролины горели каким-то странным огнем. На миг показалось, что я видел не подругу, а демона, который вселился в нее. Ворвавшись в зал с нечеловеческой скоростью, она мгновенно оказалась рядом и повалила меня на бордовый диван, схватив за шею. Я не успел среагировать и понять, что происходит, как из глаз Каролины вместо слезы капнула кровь. Прогремел гром, и в зал ворвался ветер, открыв окно и разбросав нотные листы, что лежали на рояле.
– Каролина? – единственное слово вырвалось из меня, когда глаза подруги на некоторое время вернули прежний цвет, напоминающий сад в объятиях осени.
С ее губ слетело тихое короткое «прости», наполненное болью, а затем… Затем будто змея обвила мою шею и зашипела в ухо, перед глазами все поплыло и превратилось в черное пятно, в тело когтями вцепился холод и не выпускал меня до тех пор, пока я не почувствовал на языке металлический привкус. Сначала он был мне противен, но чем сильнее запах крови проникал в голову, тем более жадно я глотал напиток, уже казавшийся сладким, и мечтал, чтобы он не заканчивался, не переставал растекаться по всему телу, даря тепло.
Однако вскоре меня лишили этого напитка. Я открыл глаза и увидел, что все это время пил кровь прямо с запястья другого человека. Меня словно швырнули в море тьмы и тут же вытащили, бросив спасательный круг. Этим кругом стала кровь Каролины. Встретившись с ее взглядом, я почувствовал адскую боль в сердце, словно прямо изнутри меня укусила змея. Я резко схватил Каролину за руку и поменялся с ней местами на диване. Теперь не она нависала надо мной, а – я над ней.
– Что ты со мной сделала? – яростно прошипел я, заглядывая ей в глаза.
– Забрала тебя у смерти.
В голосе Каролины послышались грустные нотки, а после я снова провалился во тьму. Не знаю, сколько прошло времени, но когда я вернулся в реальность, почувствовал, словно из меня рвалось наружу странное существо, заставляющее меня думать о крови. О еде. Об убийстве.
Я заснул человеком, а проснулся монстром.
