Заглянув в последний раз ему в глаза, я вырвал его сердце и положил в тарелку. В зале воцарилось напряженное молчание, и лишь королева продолжала наблюдать за этим шоу так, будто знала, что будет дальше и на чем все закончится.
Обведя всех остальных взглядом, я остановился на Белинском. Он думал, что я сегодня встану перед ним на колени, попрошу прощения и осуществлю его план, но на самом деле его же тьма и испортила его планы. Бессмертный создал мафию, куда вошли те, кто не хотел жить по правилам и законам, кто жаждал хаоса, войн и человеческой крови, мести, кто считал, что только они имеют право существовать и решать, кто достоин жить, а кто – нет. Белинский мечтал больше не отомстить за смерть сына, а сделать дочь марионеткой и ее руками править Бен-Йорком, погружая город во тьму, как и делал когда-то в прошлом. Я усмехнулся, осознавая, что все повторяется. Большая часть бессмертных жила прошлым, и из-за этого их тьма становилась все сильнее.
Переместившись к Белинскому, я шепнул ему:
– Твои мерзкие планы тебя же и уничтожили.
На счете три я вырвал черное сердце бессмертного и положил в тарелку, а на счете пять перевел взгляд на Викторию. Я доверял ей и сделал ее чуть ли не правой рукой в Совете, думал, что она действительно следила за порядком в мире бессмертных, но на самом деле все, что бессмертная делала за моей спиной, – прикрывала преступления мафии Белинского, сочиняла обо мне лживые сплетни, настраивала всех против меня и была на стороне Владимира, отца королевы. И если в прошлом Виктория служила Богу, то, став бессмертной, подчинилась тьме, перестав с ней бороться и став ее марионеткой. Внешне она продолжала выглядеть как ангел, но внутри нее жил демон, жаждущий поиграть в игру, в которой надо было придумать как можно больше лжи и сплести паутину из грязных сплетен. Когда я переместился к ней, то приподнял подбородок, заглядывая в темные, точно бездна, глаза и видя в них все, что Виктория скрывала от меня, начиная с момента, где помогла Белинскому организовать очередное убийство в городе.
– Ты предала не только меня, но и себя, сдавшись тьме, – прошептал я и вырвал ее гнилое сердце на счете восемь, а после того, как положил в тарелку, бросил взгляд на королеву.
– Что ты… – начала Анна, но я не дал ей договорить, переместившись и положив палец ей на губы.
В глазах бессмертной танцевали вальс ярость и ненависть. Все это время Анна была влюблена не в меня, а в мою власть. Она думала, что, став королевой, будет купаться во внимании и моими руками убьет тех, кто сделал ей больно. Анна практически повторяла отца, ведь цель у них была одна – притворяться невинными и творить зло чужими руками. Бессмертие уничтожило в них человечность, потушило свет в их душах. Горестно усмехнувшись, я достал из кармана кольцо и надел ей на палец.
– Сегодня ты выйдешь замуж за тьму и отправишься в следующую вечность, – произнес я, подняв ее подбородок.
Анна не успела и вскрикнуть, как ее сердце оказалось у меня в руке. Оглядев оставшихся бессмертных, я заметил сестру Лили, которую редко видел в последнее время, и сел на свободный стул рядом с ней. Она улыбнулась и взяла бокал вина. Ведьма осознала, что ее раскусили и разоблачили. Дмитрий, которого я отпустил с одной лишь целью, доложил, что паутину лжи плетет не он, а та, кто скоро удивит меня. Смысл его фразы я тогда понял, но не хотел, чтобы мои теории и догадки подтвердились, однако когда охотники рассказали о планах Белинского, пазл в голове сложился, и пришлось смириться с горькой правдой. Тот, кто помог мне скрыть с помощью защитных магических барьеров все, что выдавало бы существование бессмертных людям, на самом деле готовился и разрушить их.
– Елизавета Раевская, от вас я меньше всего ожидал подставы, – заговорил я. – Сначала помогали, а потом…
– Вы убили мою сестру, – процедила она.
В глазах бессмертной сверкнуло алое пламя, и я понял, какая тьма ее забрала и почему все это время она тайно создавала заговор против меня.
– Она мстила мне за то, чего я не делал, – напомнил я и бросил короткий взгляд на королеву, которая в этот момент пила вино и равнодушно наблюдала за происходящим.
– Я пыталась спасти ее.
После слов бессмертной королева поставила бокал на стол, и ее ледяной властный голос заполнил зал:
– Вы не спасали никого. Это ваше самовнушение. Все, что вы делали, – пытались втереться в доверие к тем, кого потом собирались убить. Вы плели паутину лжи, подталкивали на убийства других и обрывали жизни людям, потому что вам нравилось это. Нравилось приносить тьме удовольствие. В отличие от Лили вас не сделали монстром. Вы сами им стали.
Воцарилась удушающая тишина, Каролина обводила взглядом оставшихся бессмертных. Меня не покидало ощущение, что после завершения шоу я получу от нее очередную чудовищную правду.
– Вместо того чтобы идти дальше, вы выбрали прошлое и застряли в нем. Месть, ярость, зависть – вот в каком болоте вы выбрали тонуть вечно.
Королева взглянула на меня, давая понять, что шоу на этом завершается.
