– Значит так, булочкообразный… – произнес он угрюмо. – Если еще раз что-то не в тему ляпнешь, я встревать не буду. Я просто посмотрю со стороны. А вообще, я тебе советую больше молчать, когда мы с ним разговариваем. Потому что нас он будет укрывать только из-за меня. С тобой он и разговаривать не стал бы.
– Если будет укрывать… – пробурчал Пряник. – Как бы вообще не сдал…
– Ты смотри, ему об этом не скажи…– уже раздраженно проговорил Гонщик. – Иначе…
– Да боюсь, я Юрка, – признался Пряник. – А ну как…
– Не волнуйся, – Гонщик с удовольствием потянулся на мягком сене, закинув за голову руки. – Человек по понятиям столько времени жил, в авторитетах ходил. Думаешь, это так просто забывается? Не-ет, это в кровь впитывается. И какой бы он сейчас жизнью не жил, но нас он не сдаст… Нет, не сдаст, – повторил он убежденно. – Сам он, конечно, ни на какое дело не подпишется, но нам этого и не надо.
– Как так можно? – развел руками Пряник. – Иметь авторитет среди братвы, все блага материальные и вдруг все кинуть и уехать в деревню какую-то навозную… Посмотри вон как он живет… Жизнь ли это?
– Это у него после смерти Паштета крыша так протекла, – вздохнул Гонщик. – Корешами они были… А вообще, молод ты об этих вещах рассуждать, я тебе скажу. И мысли свои эти держи при себе
…Андрей вошел в избу в расстроенных чувствах, присел за стол, закурил и глубоко задумался. Не отпускала так легко жизнь его прошлая, не отпускала. Вот, прилетело напоминание… А ведь только-только все налаживаться стало. Односельчане хорошо относятся, с Мариной заявление в ЗАГС подали, с Максимом вновь друзьями стали, как когда-то… Легко все это ему достичь было? Как же не вовремя появился Гонщик со своим этим бычком! Стоят они того, чтобы всем этим, с таким трудом налаженным, из-за них рисковать? Нет, конечно же… Но пойти к лучшему другу Максиму и все рассказать, Андрей не мог. Вот не мог и все тут! Это получилось бы, что он сдал своих бывших собратьев по бандитскому ремеслу. Да не получилось бы, а так бы и было! Парадокс какой-то… Кто для него Максим, а кто эти двое? Но он должен помогать врагам друга! Это возможно только в России. И не потому даже, что он сам бывший бандит, живший раньше по таким понятиям. Это, если так можно выразиться, наша ментальная особенность. Вон, в Америке, на домах люди значки вывешивают, говорящие о том, что хозяин сотрудничает с полицией. А у нас такое даже представить невозможно. Кто-то, может быть, и сделал бы так, если б не побоялся, так другие, такие же обыватели его же и осудят. Стукач, скажут… Так уж мы воспитаны в своем большинстве. И даже не скажешь сразу, хорошо это или плохо. А может… Мелькнувшая мысль была одновременно и абсурдной, и спасительной. Взять вот этих двоих и успокоить навсегда без лишнего шума. Как говорится, нет человека – нет проблем. Гонщик и Пряник не учителя воскресной школы, они не доброе и вечное сеют. Скорее, наоборот. Но сделать это здесь в доме, где прожили жизнь его дед и бабушка, где собирается жить с Мариной и Лизой он сам, где собирается воспитывать своих других будущих детей… Да, но можно сделать это и не здесь, выманить из дома куда-нибудь и… В земле места хватит. Но… Не хотелось Андрею брать грех на душу, не лежало у него к этому сердце…
Векшин тяжело вздохнул. Ладно. Что переживать, если у него нет никакого выхода, кроме как укрыть на какое-то время Гонщика с Пряником. Даст Бог, это ненадолго. Отсидятся, уйдут и все. Больше он про них и не вспомнит. Все это должно закончиться до их с Мариной свадьбы.
Он набрал ворох разной одежды и вышел из избы. Толкнул дверь в дровяник, окликнул негромко:
– Гонщик…
– Тут мы… – раздался голос сверху.
Андрей наощупь поднялся по лестнице наверх, положил на сено теплую одежду, большой тюфяк.
– Слушайте меня…
Гонщик и Пряник молчали.
– Значит, так, – сказал Андрей. – Три недели здесь можно отсидеться. Еду и питье я приносить буду. Дровяник все время на замке будет, дам вам ведро для параши, по ночам будете выносить. Хотите, не выносите вообще, вам нюхать… Но не вздумайте мимо параши ходить, мне в моем дровянике вонь не нужна. Ночевать я здесь буду не постоянно, значит, свежим воздухом вам придется дышать не каждую ночь. Ну, еду и питье приносить каждый день буду, это как сказал. Что еще… Курить только внизу, окурки не разбрасывать. Если согласны – живите три недели. Нет – скатертью дорога.
– Согласны мы, Андрюха, – сказал Гонщик поспешно. Пряник промолчал.
– И ладно, – подытожил Андрей. Вышел из дровяника, закрыл за собой дверь и навесил на неё замок.
***
