— Может вам покушать купить? Ви вон как исхудала, аж смотреть страшно, — тактичность не была вторым именем Серафима, он даже этого не скрывал и всегда, обычно, говорил все, как есть. Собственно этим и был приятен, если честно.
— Ну купи, купи, пирожок какой-нибудь, а из напитков горячий шоколад, — Лена ухватила меня за локоть и пошла вместе со мной забивать нам столик. Я против заказа ничего не имела: пирожки любила, горячий шоколад тоже.
Парни покивали и двинулись к прилавку, от которого веяло приятным, а главное аппетитным ароматом, от которого у меня вдруг скрутило живот, и тот возмущенно заурчал. Ого, да ты все-таки помнишь о своем предназначении.
— Хорошо покатались, Лет, — улыбнулась подруга, стягивая с себя куртку. Я последовала ее примеру, потому что в помещении было жарковато. Вдруг в память врезались слова Антоненко и вцепились в сознание мертвой хваткой, словно паук за запутавшуюся в паутине муху.
Я посмотрела на девушку, которая с лучезарной улыбкой смотрела на меня. Хотела ли я портить ей настроение? Нет. Хотела ли я портить его себе? Нет. Хотела ли я испортить дружбу? Тем более нет! Было ли мне интересно? Чертовски. И этот интерес победил все.
— Лен, можно с тобой поговорить, — слишком серьезно начала я. Как бы не напугала своим настроением ее.
— О… — как-то странно протянула Лена, оглядывая меня. Видимо ее все-таки смутил мой суровый настрой. — О чем? Что-то случилось?
— Не совсем, — неловко смягчилась и посмотрела в сторону. — Послушай, мы практически год проучились в одной школе и даже взглядами не обменивались, а потом вдруг ты помогаешь мне в туалете и вообще начинаешь вести со мной неплохую, даже очень классную дружбу. И… я задумалась: почему именно я? Ведь у тебя столько других людей было, с которыми ты общалась, но большую часть времени ты стала тратить на меня. С чего бы вдруг? — я не говорила, а практически лепетала и сомневалась, что этот говор можно было вообще разобрать и понять. Слишком все сумбурно и несвязно. Следовало лучше обмозговать то, что я должна была ей сказать.
— Потому что ты нуждалась в друге, а мне понравилось с тобой общаться? — тут же без промедления ответила Лена, и взгляд ее наполнился самой настоящей серьезностью. Серьезная подруга меня пугала.
— А почему ты назвала меня Летой? Почему не Виолетта или распространенное Вета? — тут же напала я. Я действительно нападала. И не знала, почему. Лена мне не враг… Не враг же?
Она долго молчала и смотрела на меня, а потом посмотрела в сторону печальным взглядом. Что за заболевание такое на печальные взгляды, когда я задаю вопросы?
— Слава подсказал, да? — спросила она, краем глаза посмотрев на меня.
— Откуда ты?.. — я удивленно уставилась на нее, не понимая, что происходит. Почему-то мне вдруг захотелось свернуть весь этот разговор, но процесс уже был запущен и остановить его было нельзя. Я пожалею, если остановлю это… Или пожалею, если услышу все-таки то, что она собирается сказать.
— Потому что знаю, кто мог это сказать, — спокойно пояснила Ленка и скрестила руки на груди, прямо посмотрев на меня.
— Ну да, он просто хотел посеять смуту в нашей дружбе, — усмехнулась я, надеясь, что это сгладит разговор.
— Мы дружили раньше, — сокрушила меня подруга заявлением.
— Что? Ты дружила с Антоненко? — тут же переспросила я. Что же, они могли учиться вместе в школе или жили в одном дворе. Я не вправе судить ее, она же не знала ничего. Тем более, что с ней у него могли быть более теплые отношения, чем у меня с ним.
— Нет. Мы дружили втроем, Лета, в детстве, до того, как ты замкнулась в себе и порвала с нами все связи.
Что?..
— А вот и горячий шоколад! — подлетел к нашему столику Сим и поставил две чашки с ароматным напитком. Аппетит, правда, пропал. И, кажется, этот разговор следует продолжить в другой обстановке. Но… Я дружила в детстве с Леной? С Антоненко? Я не помню.
========== 22 глава. Начало или конец истории ==========
Снова то самое место и неощутимый белый снег под босыми ногами. Куда же я так спешу? До чего постоянно пытаюсь добраться? Почему просто не остановлюсь тут? Я ведь знаю, что будет дальше? Знаю же? Спине зябко, а значит скоро должна появиться та самая машина, которая не дает мне ночами покоя. Я бы могла просто проснуться… Хотела бы проснуться, но впереди что-то светлое. Впервые за долгое время там что-то видно.
Снег невыносимо жжет стопы, но я должна добежать, даже если меня что-то держит, даже если ощущение, что я бегу в воде. Должно что-то измениться в этот раз.
Яркий свет бьет по глазам; первое время я жмурюсь, стараясь привыкнуть. Ноги больше не жжет и обволакивающий холод исчез. Мне тепло и комфортно. Легкий ветер коснулся кожи и разметал выпавшие темные пряди. Наконец я смогла сфокусировать взгляд на детском дворике. На дворике, в котором я провела все свое детство. Я помнила его очень хорошо… Или почти хорошо. Какие там были качели? Такие, как тут, или же на этом месте стояла карусель? А какой был цвет у горки? Красный, как тут, или зеленый? Это было так давно…
