«Летом 1913 года мой родной город Ростов-на-Дону был взбудоражен вестью о том, что на местном ипподроме известный авиатор Сергей Уточкин совершит головокружительный полет, — вспоминал генерал-майор Алексей Лаврентьевич Шепелев. — Поскольку входной билет на ипподром был нам не по карману, мы с отцом, как и многие неимущие горожане, расположились на ближайшем холме, с нетерпением ожидая, когда аэроплан поднимется в воздух… Совершая круг над ипподромом, аэроплан с оглушительным рокотом пронесся низко над холмом, и на нас из кабины глянул летчик. Мне особенно запомнились его непомерно большие очки, отчего он показался каким-то сказочным чудовищем».[69]
Именно с этого события — со встречи с Уточкиным начал повествование о своем большом пути в авиации этот видный военачальник, который в годы Великой Отечественной войны руководил специалистами, обеспечивавшими бесперебойные боевые вылеты наших летчиков на Ленинградском, Калининском, Волховском, Северо-Западном, Воронежском и 3-м Украинском фронтах.
Самоотверженное служение Уточкина авиации, горячая проповедь, призывавшая соотечественников строить крылатый флот, давали свои плоды. В статье «Моя исповедь» авиатор подытожил сделанное:
«Я
Говоря о показательных полетах Уточкина, других первых русских летчиков — страстных пропагандистов авиационного дела, журнал «Аэро и автомобильная жизнь» писал в начале 1913 года:
«Теперь нет, кажется, места в России, где бы не происходило ни одного публичного полета. Нам нисколько не жаль, что авиаторы перестали играть роль клоунов, потешая праздную толпу. Для нас важно, чтобы была жива сама авиация и… скоро стала тем, чем ей суждено быть — обычным способом передвижения людей».[70]
Читатели, очевидно, уже успели убедиться, что авторы не пытаются идеализировать своего героя, преувеличивать его заслуги.
Да, он нередко совершал ошибки, поступал необдуманно, и это ему временами дорого обходилось.
Результатом неосмотрительности, спешки, излишней порой самоуверенности стали его аварии в Екатеринославе и Ростове-на-Дону.
Стремясь «подогреть» интерес петербургских зрителей, Уточкин весной 1912 года задумал осуществить взлет с воды. Заказал на заводе Щетинина поплавки и полозья, поставил их вместо колес на свой «Фарман-IV». Но пилот имел весьма туманные представления об устройстве гидросамолетов, специфике управления ими. Пробный полет должен был состояться 13 мая 1912 года над Невой, возле Стрелки Елагина острова — места вечерних прогулок петербуржцев. Уточкин уселся в свой новоиспеченный «гидросамолет» и стал с большой скоростью гонять его по реке, но взлететь не смог. Проб перед этим он не делал, так как перестройка аэроплана закончилась… за несколько минут до показа. При очередном разбеге прямо по курсу аэроплана показалась лодка. Чтобы избежать столкновения, Сергей Исаевич свернул в сторону и потерпел новую аварию…
К сожалению, некоторые свои публичные заявления Сергей Исаевич не смог подкрепить делами. Вспомним брошенную им осенью 1909 года при отбытии во Францию и тотчас подхваченную репортерами фразу «Ждите Уточкина с неба!» Но два аэроплана, которые он вскоре построил, не взлетели… Только третий оказался удачным.