— Я готова, — едва слышно произнесла она, но голос всё же дрожал.
Константин, как будто зная это заранее, лишь кивнул.
— Готова ко всему, — добавила она чуть твёрже.
Он другого ответа и не ждал. Чародей крепче прижал её к себе, поднял левую руку, и в кожаную перчатку тут же вцепился Златокрыл.
В следующее мгновение у камня остались только две лошади, нервно переступавшие копытами.
Перемещение было резким. Фэн вжалась в грудь Константина и зажмурила глаза, но внезапное ощущение падения заставило её их открыть.
Они стремительно летели вниз. Златокрыл их больше не держал.
— Не бойся! — прокричал Константин, перекрывая звенящую тишину. — Сейчас замедлимся!
Он обеими руками крепче прижал её к себе. Их падение действительно начало замедляться, будто невидимая сила подхватила их.
Фэн, немного успокоившись, огляделась. Перед её глазами открылась пугающе завораживающая картина.
Вокруг простирался бескрайний лес, тёмный и почти неподвижный. За их спинами вилась длинная река, через которую был протянут деревянный мост. Впереди высилась гигантская скала, напоминающая трёхголового ящера. Её острые вершины возвышались над лесом на сотни метров, пугая своим видом.
Но больше всего Фэн поразила тишина. Здесь не было ни ветра, ни привычных звуков леса. Воздух не пах ни сыростью, ни травой, ни деревьями. И даже их падение не издавало ни малейшего шума.
Наконец, когда земля приблизилась, их движение стало почти медленным. Они плавно опустились на твёрдую почву, и только тогда тишина прервалась: до слуха Фэн донёсся шум реки, бурлящей у их ног.
Она взглянула вперёд. Через реку тянулся тот самый деревянный мост. На другой стороне был виден знакомый камень, стоявший на развилке трёх дорог.
Фэн повернулась к Константину, но не успела ничего сказать. Он уже смотрел на мост, словно оценивая их следующий шаг.
— Мы на месте! — Константин отпустил чародейку и поправил перчатки на руках.
— Где мы? — шёпотом спросила она, оглядываясь.
— В царстве мёртвых. Мы в Навь. За нами — Калинов мост через реку Смородину.
— Мост, который разделяет мир живых и мёртвых? — Фэн с трудом верила, что действительно находится в потустороннем мире. — Я слышала, что его охраняет Змей Горыныч.
— Охранял! — Константин взял её за руку и уверенно пошёл по тропинке, ведущей в лес. Впереди парил Златокрыл, освещая путь. — Его победил Святогор, когда тот вырвался из Навь. Кощею удалось выпустить его, но ненадолго.
— Я слышала, что таких, как он, невозможно убить.
— Я этого и не говорил. Святогор победил его, но жив ли он сейчас — никто не знает.
Фэн остановилась, глядя на причудливые скалы в форме извивающегося змея.
— А эти каменные утёсы?
— Говорят, это прародитель змеев, существо, явившееся в наш мир вместе с высшими богами — теми, кто старше и могущественнее Перуна, — ответил Константин, продолжая внимательно оглядывать окрестности. Ему было слишком хорошо знакомо, насколько опасным могло быть путешествие в Навь. В прошлый раз оно едва не обернулось трагедией. — Когда боги покинули наш мир, они обратили этого змея в камень. Но это всего лишь сказание. Правда это или вымысел — даже божества не знают.
— Божества? — уточнила Фэн.
— Да, божки. Велес, например. Когда-то он жил здесь, но теперь, как я слышал, чаще бывает в нашем мире.
— Ты с ним знаком?
— Именно он отдал мне Златокрыла. Благодаря ему я впервые попал сюда.
— Ты мне не рассказывал, что бывал в Навь.
Константин только кивнул, но ничего не ответил.
— Это долгая история… — наконец бросил он, ощутив, как нарастает давление чужой воли. Потусторонние силы были рядом, их присутствие словно окутывало. Он чувствовал невидимые взгляды, устремлённые на них. Скоро сущности начнут вторгаться в разум. Прямо напасть они не могут — чародеи всё ещё живые. Но заманить, заставить остаться здесь навсегда — это им по силам. — сделал короткую паузу. — Старайся ни о чём не думать. Просто иди. Не смотри по сторонам.
Они продолжали путь, углубляясь всё дальше в лес. Дорога становилась всё мрачнее, и на ней то и дело возникали зловещие силуэты. Одни плакали, другие кричали. На них были обрывки одежды и солдатские мундиры, а некоторых полностью покрывали ожоги. Среди них были дети, перепачканные кровью, и люди с петлями на шеях.
Фэн становилось всё страшнее. Её тело словно окаменело — она могла лишь идти рядом с Константином, цепляясь за его руку. Её магическая сила полностью исчезла. В этом мире она оказалась беспомощной.
— Дочка, привет! — раздался неизвестный, но до боли знакомый голос.
Фэн вздрогнула, но вспомнила предостережение Константина. Закрыв глаза, она изо всех сил старалась просто идти вперёд, не разжимая пальцев, сжимающих его руку.
Голос не унимался:
— Ты такая большая... Твоя мать забрала меня у тебя.
— Нет! Замолчи! — закричала Фэн, голос дрожал от ужаса. — Я тебя не знаю!
Константин, чутко реагировавший на любое изменение в обстановке, всё же оставался бессилен. Фэн слышала то, что было недоступно ему. Это была её борьба.
Голос проникал всё глубже в её сознание, отравляя разум: