Настя выскочила на улицу. В домашнем костюме и тапочках она села в машину и завела двигатель. Через несколько секунд она уже мчалась по улицам Ратомки.
– Извините, вы не подскажете, где здесь почта? – остановившись на остановке, спросила Настя.
– Едете сейчас прямо, потом налево и за магазином направо.
– Спасибо, – сказала Настя, и машина с ревом помчалась по улице.
Людей на почте было много. Когда подошла очередь, Настя тихонько обратилась к оператору:
– Я прошу прощения, но не окажете ли вы мне услугу. Мне надо отксерокопировать документы. Много документов.
– Давайте, – женщина протянула руку.
– Только мне нужно сделать это самой.
– Не положено.
– Девушка, я вас очень прошу, посмотрите какая у вас очередь, а это займет много времени.
Сотрудница почты окинула взглядом очередь и кивнула головой. Через полчаса все копии были готовы.
– Папа, ты дома? – садясь в машину, спросила Настя.
– Да, дорогая, а что случилось? Почему у тебя такой взволнованный голос?
– Приеду, расскажу. Через полчаса буду.
Услышав звонок в дверь, Бах радостно завилял хвостом и, обгоняя хозяина, бросился к дверям.
– Привет, моя любимая собака! Привет, папуля! Ты не поверишь, что я узнала.
– Я чуть с ума не сошел, пока тебя ждал. Давай, выкладывай.
Вытряхнув содержимое сумки на диван, Настя протянула отцу пакет.
– Не может быть! Ты где это нашла?
– В комнате Анны Константиновны. А вот еще, смотри.
Настя аккуратно достала из карманов две чашки.
– Именно из этих чашек пил Илья и Даша в день смерти.
– Это очень странно. У меня была совсем другая версия. У меня сразу возникает вопрос «зачем»? У нее не было мотива.
– На твой вопрос, по-моему, у меня есть ответ, – Настя протянула папе ксерокопии писем. – А вот оригиналы. У меня очень мало времени, их надо вернуть назад до того, как она пойдет спать.
– А если она сейчас пойдет в комнату?
– Не пойдет. Она занята приготовлением ужина. Сегодня у нас ожидается аншлаг в связи с оглашением завещания.
– Что это за письма? Кто получатель? Кто? Екатерина Колесникова?
– Папа, я не успела прочитать, сразу к тебе. Давай договоримся так, я сейчас поеду, а ты разберись, что к чему. Я думаю, что сегодня мы получим ответы на самые страшные вопросы в этом деле.
– Смотри аккуратно. Я не уверен, что тебя пригласят на оглашение завещания. Но ты должна узнать, кто что получил, а особенно, Анна Константиновна.
– Хорошо. Поцелуй от меня маму. Надеюсь, что скоро этот кошмар закончится, и я вернусь домой, – окинув взглядом квартиру, Настя закрыла за собой дверь.
Александр Петрович сел на пол и разложил вокруг себя письма. Отсортировав их по датам, он взял в руки первое письмо. На нем стояла дата – седьмое августа тысяча девятьсот восемьдесят третьего года.
– Екатерина Владимировна, несмотря на все запреты, пишу вам пару строк, – медленно, вслух начал читать Александр Петрович. – Вот черт! Ничего не видно. Плохая ксерокопия!
Быстрым шагом полковник направился в спальню. Растянувшись на полу, он аккуратно залез под кровать. Просунув руку сквозь пружины матраса, он достал спрятанные очки.
– Не дай Бог, кто увидит! – поднимаясь с колен, сказал он. – Хоть раз они мне пригодились, а то букв не разобрать на этой бумажке.
Надев очки, Виноградов удобно уселся на диване и продолжил читать письмо.
– Вот это да! Такого я точно не ожидал, – потирая усы, сказал он, – настоящий бразильский сериал! Где мой мобильный? Надо срочно позвонить Насте.
Осмотрев все комнаты, Александр Петрович так и не нашел свой телефон.
– Ах, как же это я сразу не догадался! Бах, быстро ко мне!
Сонная собака приоткрыла глаза и завиляла хвостом.
– Где мой телефон? Ты опять его унес? Ревнивая собака!
Услышав слово телефон, Бах подорвался с места и убежал на кухню.
Догнав собаку, Александр Петрович достал из пасти пропажу.
– А вот и он! Фу! Весь в слюне!
Вытерев телефон, полковник набрал номер дочери.
– Алло, Настенька. Я все прочитал. Сейчас долго рассказывать.
– Я еще нужна здесь или мне ехать домой?
– Конечно, нужна! У меня к тебе важное задание. Завтра ты должна привести ко мне Анну Константиновну.
