Глухо прозвучала кем-то поданная команда: «Товарищи офицеры!» Все командиры встали и, скрестив взгляды на Веригине, который прошел к столу, сели только тогда, когда генерал жестом поднятой руки разрешил сесть.
Веригин обвел взглядом собравшихся командиров и, не найдя начальника особого отдела, спросил:
– Полковник Жмыхов еще не вернулся из штаба фронта?
– Пока нет… – ответил Реутов. – Должен вернуться сегодня утром.
– Полковник Воскобойников, когда наконец будет связь со штабом армии? – Веригин строго посмотрел на начальника связи дивизии.
Воскобойников привстал с чурбака и расправил под ремнем гимнастерку. Его худощавое лицо приняло землистый оттенок.
– Связь со штабом армии будет установлена тотчас же, как только разведчики сообщат нам, где сегодня располагается штаб армии, – ответил полковник и провел ладонью по жесткой щетине подбородка.
– Почему не бреетесь, полковник?
– Не успел сегодня, товарищ генерал. Был на батареях у моряков. Не было времени забежать к себе в землянку.
– А связь со штабом фронта? Тоже, когда его разыщет разведка?
– Тоже, товарищ генерал, – мрачно ответил Воскобойников и, видя, что вопросов к нему больше нет, сел.
Генерал перевел взгляд на начальника разведки Лютова, который сидел опустив голову и глядел себе под ноги.
– Виктор Петрович, что же это получается? Дивизионная разведка заблудилась в расположении своей армии?
Лютов встал. Склонив голову, хмуро смотрел в земляной пол блиндажа. Наконец заговорил:
– Штабы искать иногда труднее, чем брать «языка», товарищ генерал. Покидая последний пункт дислокации, штаб армии не сообщил свои новые координаты.
– Всем трудно, Виктор Петрович. А поэтому приказываю: к пятнадцати ноль-ноль сегодня доложить мне и сообщить начальнику связи о месте дислокации штаба армии и штаба Резервного фронта!
– Разрешите идти выполнять приказ?
– Обождите. Все мы через двадцать минут разойдемся выполнять только что полученный приказ командующего армией генерала Вишневского.
Лютов опустился на чурбак.
Пока Веригин смотрел на лежавшую перед ним карту и делал на ней пометки, дверь отсека тихо открылась и в него вошел начальник особого отдела армии полковник Жмыхов. Адъютант генерала, сидевший у самых дверей, встал с чурбака и освободил место полковнику. Тот благодарно кивнул и сел.
– Обстановка со вчерашнего дня, товарищи, почти не изменилась. Спас-Деменск и Ельню противник взял три дня назад. Два дня назад он ввел свои танковые и моторизованные соединения и в Вязьму и в Дорогобуж. Как видите, мы очутились в бронированном котле. – Веригин сделал паузу и пробежал взглядом по окаменевшим лицам командиров полков и начальников служб. Все сидели не шелохнувшись и старались не пропустить ни одного слова генерала. – А сейчас прошу достать карты. Зачитаю приказ командарма.
Все задвигались, защелкали кнопками кожаных планшетов, зашуршали картами. Никто не проронил ни слова.
Когда командиры развернули на коленях карты и приготовили карандаши с блокнотами, генерал посмотрел на ожидавшего приказания начальника штаба:
– Зачитайте.
Приказ командующего армией Реутов читал медленно, делая паузы там, где они, как казалось, особенно впечатляли. А когда закончил, Веригин взял у него листок.
– Повторяю второй и третий пункты приказа, – проговорил генерал. – «В соответствии с указаниями фронта решаю отводить войска с рубежа реки Днепр на Можайскую линию обороны». – Сделав небольшую паузу, Веригин продолжал читать медленно, со смысловыми акцентами: – «Вторая стрелковая дивизия с приданными частями сосредоточивается в районе Третьяково, Зимница, Малое Алферово к 15.00 8.10.41 г. и в 18.00 этого же числа начинает выход в направлении на Вязьму, имея осью движения Смоленскую автостраду. Командующий 32‑й армией генерал-майор Вишневский, член Военного совета бригадный комиссар Иванов, начальник штаба армии полковник Бушмянов». Вопросы есть?
Первым встал командир стрелкового полка подполковник Северцев.
– Когда штабы полков получат письменные приказы с точным указанием пункта сосредоточения и времени прибытия туда?
– Письменные приказы вы получите через час, – ответил генерал.
В этот момент в дверь постучали, и в следующую минуту в отсек генеральского блиндажа вошел дежурный по штабу дивизии.
– Товарищ генерал, разрешите обратиться?
Веригин молча кивнул.
– Срочный пакет из штаба девятнадцатой армии!
– Девятнадцатой?.. От генерала Лукина?.. Где пакет?
Дежурный по штабу вышел и тут же возвратился с офицером связи штаба 19‑й армии. Невысокого роста, подтянутый крепыш со знаками различия старшего лейтенанта-артиллериста на петлицах, наметанным взглядом определив, кто здесь генерал Веригин, твердым шагом прошел к столу и по форме доложил:
– Срочный пакет от генерала Лукина генералу Веригину!
– Я генерал Веригин.
Старший лейтенант положил на стол пакет и, отступив на шаг назад и чуть в сторону, щелкнул каблуками.
– Разрешите возвращаться в свой штаб?
Веригин кивнул своему адъютанту:
– Лейтенант, проводите старшего лейтенанта в третий отсек. Напоите чаем, и пусть с полчасика отдохнет. Видите – от него идет пар.
