«Они подпоили стражу, передали Изосифу носки, связанные суровой ниткой, и велят ему распустить их, сделать шнур. По нему старец поднял на башню веревку, по которой он и спустился. После этого старца никто не видел. А случай этот был исключительный, сбежать из темницы башни – это небывалое событие!»
Всё это рассказал житель Галашек Симон Павлович Замоткин (жил он в XIX веке), и быль эта долго переходила из уст в уста в династии Замоткиных.[11]
Третий сиделец башни был
«Прадед Виктора Афанасьевича Неклюдова, жил в Быньгах и долго не женился. Наконец-то выбрал себе невесту из старообрядок, а управляющий Быньговского завода и заодно с ним церковные служители заставляли его венчаться в церкви. Старообрядец отказался, тогда его посадили в тюрьму башни. Однажды вывели его на балкон связанного с повязкой на глазах и говорят: «Будешь венчаться?».
«Нет, буду брачиться только в своей часовне!».
Тогда тюремщики стали угрожать, что столкнут его с балкона, а старообрядец только просил развязать ему руки для последнего креста: «Я умру в своей вере!» Но его снова увели в подвал. Так повторялось несколько раз. Но вот, на Быньговском заводе случилась авария, и срочно понадобился кричной мастер (им был Неклюдов). Тогда управляющий, несмотря на то, что церковь весьма активно вела борьбу за переход из старообрядчества в православие, таки приказал освободить нашего героя: «Отпустите этого непокорного кержака, пусть женится, как ему вздумается!».
Так и остался старообрядец в своей вере».[12]
Так что, любой из этих перечисленных героев вполне заслуживали поклонения паломников.
Истинность событий, описанных выше, не подтверждена историческими документами, старообрядцы опасались хранить письменные доказательства причастности к своей вере, на которую были гонения со стороны властей и церкви, поэтому все события имеют лишь устные пересказы, семейные предания и легенды. Но, учитывая, что ложь у них, как кража и сквернословие, почиталась за великий грех, думаю, что этим устным доказательствам вполне можно доверять.
Очень образно описал В. Санин могилы иноков:
