– Он сказал, что всегда был здесь, в Доунхилле, – повторила я слова Итана. – Как думаешь, что это значит?
– Может, он имел в виду – в мыслях, – миссис Фуллер бегло окинула меня взглядом и отвернулась.
После скромного ужина я сказала Джейн и экономке, что хочу отдохнуть, поэтому уединилась в своей комнате, чтобы они не заподозрили мои намерения. А как только наступила полночь, на цыпочках выскользнула в коридор и украдкой добралась до лестницы. Остановилась там, где упала Елена, – не знаю, сколько понадобится времени, чтобы преодолеть страх потерять ее навсегда.
Собрав всю решимость в кулак, я пошла наверх. Джулиан был в ярости, когда узнал, что Елена вторглась на его территорию, пора выяснить, что вызвало этот гнев. По словам Итана, брат покинул поместье, получается, что мне ничто не помешает пойти до конца. Даже запертая дверь. Я захватила пару заколок и сдаваться не собиралась, хоть и не знала, как ими пользоваться.
Ночью Доунхилл-Хаус накрывала тишина, в высоких стенах воцарялась мрачная атмосфера. Поднимаясь по «ступеням раздора», я почувствовала дыхание поместья, будто оно живое. С одной стороны, воздушные потоки собирались в холле и помогали справляться с потом, пропитавшим рубашку, с другой – движение воздуха заставляло дрожать ноги. Каждый шаг давался с трудом. Причем я боялась не того, что меня здесь поймают с поличным, а того, что меня остановят.
Когда я ступила на балкон, грудь сжали стальные тиски. Видимо, испытание окажется не из легких – возникли плохие предчувствия. Передо мной простирался длинный коридор: темный, зловещий. Я разулась и босиком добралась до комнаты Джулиана. На всякий случай постучала три раза – никто не ответил. Тогда я взяла шпильки, включила фонарик в телефоне и опустилась на колени.
Взлом замков не входил в список того, чем я мечтала заниматься в жизни, поэтому вполне логично, что я потерпела неудачу. Хотя перед выходом из комнаты посмотрела обучающие ролики на YouTube, видимо, схему не уловила, поэтому каждая попытка отпереть замок возвращала меня к исходной точке.
Потеряв надежду, я поднялась, взявшись за ручку, и обнаружила, что дверь-то, оказывается, была открыта. Я сдержала ликование, огляделась, чтобы убедиться, что по-прежнему одна, и переступила порог.
Ощупала стену в поисках выключателя, зажгла свет, осмотрелась. Елена права: Джулиан неряшлив. Кровать незаправлена, простыни сбились на той стороне, где, судя по всему, он спал, смятая подушка вжата в инкрустированное деревянное изголовье. Возможно, именно здесь он проводил время с Лиззи, но от меня, по непонятным причинам, это место всегда оставалось закрытым. Я не ревновала к горничной раньше, а сейчас испытала скорее раздражение. Почему ей разрешалось входить в его убежище, а меня держали за пределами личного пространства?
Стараясь не шуметь, я закрыла дверь и подошла к столу. Повсюду были разбросаны исписанные бумаги, газетные вырезки, многие из них посвящены миру финансов. Здесь же лежало старое зеркало с витиеватой ручкой. У тети Сары тоже было такое: оно принадлежало ее матери, и тетя не позволяла к нему прикасаться даже своим детям. Его унаследовала Джорджия, но зная страсть кузины к современным вещам, не сомневаюсь – она перепродаст его какому-нибудь коллекционеру.
Из любопытства я взяла зеркало и заметила ржавчину на стекле – такое случается из-за конденсата. Кто знает, почему Джулиан хранил этот предмет? Вряд ли он из сказки про Белоснежку, а значит, ничем не поможет, поэтому я вернула зеркало на место.
Я не знала, что же искать. Но раз уж попала в его убежище, то решила положиться на везение – рано или поздно хоть какая-то зацепка найдется и прольет свет на состояние Джулиана. Другого шанса не будет.
Шли минуты, терпение испарялось. Я порылась везде – даже в ванной, в надежде найти лекарство. Но ничего путного не нашла. Все. Тупик. Придется оставить Джулиана, так и не выяснив, что с ним, не поняв, могла ли я ему помочь, не получив рациональное объяснение его поведению.
Мне нужны ответы, хотя бы чтобы успокоить угрызения совести перед Еленой. Но все, что я обнаружила, – то, что в ящиках лежали вещи, значит, Джулиан не
Что ж, искать здесь больше нечего.
Уже на пороге комнаты я вспомнила слова подруги. Она сказала, что видела, как Джулиан выходил из-за занавески, что не сразу заметила его присутствие. Я обернулась и наконец заметила дамасскую ткань у одной из стен. При входе подумала, что это гобелен, но теперь, внимательно рассмотрев, поняла, что ошиблась. Ткань поддерживалась стержнем, свисающим с потолка.
Я сглотнула комок и нерешительно приблизилась. Если Джулиан хранил секреты именно здесь, то сейчас я приподниму завесу, которую он скрывал от меня все это время. Возможность оказаться в шаге от истины сжала грудь. Я хотела знать о Джулиане все, но часть меня боялась, что реальность окажется неприемлемой.
