Габриэль прочистил горло.
– Мой брат не интересуется подобными мероприятиями, и он никому не составляет компанию, – заявил я.
Беатрикс помрачнела.
– Очень жаль. С тех пор как ваш отец сбежал, вас с братом никто не видел вместе, а некоторые тайны быстро обрастают сплетнями.
Она права, нет ни одной публичной фотографии, где мы с Джулианом оба: последняя сделана, когда нам было двенадцать.
– Это деликатный вопрос, Беатрикс, – вмешался кузен, все больше беспокоясь.
– Помнится, я говорил тебе, что мы не ладим, – добавил я.
– Никто же не просит выставлять ваши отношения напоказ, – настаивала Беатрикс. – Просто ведите себя цивилизованно.
Габриэль наклонился вперед.
– Джулиан не будет…
– Я поговорю с ним, – солгал я, закрывая зыбкую тему.
После завтрака я отправился в кабинет и сделал пару звонков. Пока Беатрикс в Доунхилле, лучше оставаться поблизости и работать из дома. Габриэль останется до приема, его жена гостит у родителей в Инвернессе, поэтому он не спешил возвращаться в Лондон, скоро к нам присоединится и Ричард. Их присутствие может пригодиться.
На часах всего девять утра, Амелия еще занята поединком с Олив, поэтому я отправился на поиски миссис Фуллер. Вчера она выглядела встревоженной, а у меня не было времени разбираться в причинах. Нашел экономку в подвале, увидев меня, она вздрогнула и чуть не выронила из рук бутылку шампанского «Сердце Кюве».
– Извините, сэр, я не слышала, как вы подошли.
– Кажется, в последнее время я часто так делаю, – усмехнулся я, постучав по бедру.
Экономка вопросительно посмотрела на меня, но я отмахнулся.
– Мисс Раймер устраивает в поместье благотворительный бал. Вам придется набраться терпения.
Она поставила бутылку на бочку и вытерла руки салфеткой. Я отвлекся на ароматы: воздух здесь влажный, а сильный запах дерева смешивался с нотками ванили и тостов.
– Вы думаете, это мудрое решение? – спросила миссис Фуллер спустя некоторое время.
– Нет, но мне придется с ней соглашаться, во всяком случае, до тех пор, пока не будет подписан договор.
– Она ведь надеется стать вашей женой?
Я кивнул.
– Кажется, она ждет предложения.
– Во время бала?
– Скорее всего.
– Как вы поступите?
– Если не оправдать ее ожидания, сделка сорвется.
Миссис Фуллер опустила взгляд, я прислонился к каменной стене – на несколько мгновений мы замолчали.
– Намекните, что сделаете предложение в более приватной обстановке, – предложила она. – Мисс Раймер знает, что вы закрытый человек. Пусть во время бала, в присутствии гостей, она ведет себя будто вы уже помолвлены. Это развеет ее сомнения относительно ваших намерений.
– Я могу организовать поездку на двоих и подарю ей билеты на самолет на глазах у всех, – кажется, в голове зародилась неплохая идея.
– А за несколько дней до отъезда мы сообщим о непредвиденной ситуации, – поддержала мою мысль миссис Фуллер.
– К тому времени я уже получу акции.
– Если ваш брат не встанет у вас на пути.
– Мисс Раймер – отвлекающий маневр. Это он ее пригласил. Джулиан что-то замышляет, и я не уверен, что это связано со сделкой.
– Джулиан умен, сэр, – отметила экономка.
Я оторвался от стены и сделал вид, что проверяю температуру бочки.
– Слышал, что он встречался с мисс Редигьери. Вы видели их вместе?
Ей не нужно напоминать о гнусном коварстве моего близнеца, она хорошо знает нас обоих.
– Нет, сэр, но несколько ночей назад я застала его перед дверью ее комнаты. Сэр, девушка задает много вопросов, слишком много. Может, будет уместно ее предупредить?
– Как?
– Расскажите про болезнь вашего брата.
– Я уже приказал ей держаться от него подальше.
– Мы все это делаем, но я считаю, что она должна знать, с кем имеет дело. Для ее безопасности.
Я нахмурился.
– Не смогу сказать правду – это слишком опасно. Она привязывается к Олив.
Миссис Фуллер покачала головой и, вскинув бровь, уточнила:
– Я имела в виду не ту правду.
– Мне нужно поговорить с ним, – кивнул я.
Джулиан мог находиться только в одном месте: в своей мрачной комнате. Я вошел без стука, брат читал «Файнэншл таймс», сидя в старом кресле нашего отца, одной из немногих реликвий, которые захотел сохранить.
– Сегодня утром фондовый рынок в Лондоне открылся ростом, – прокомментировал он, не отрывая взгляда от страницы. – Плюс 1,04 % – это неплохо. Однако меня беспокоит инфляция в США. Она снизилась, но не так сильно, как хотелось бы, уверен, что это подтолкнет Центральный банк к повышению ставок. Ты понимаешь, к чему это приведет?
– Я здесь не для того, чтобы обсуждать решения Федеральной резервной системы.
– Доллар будет укрепляться, и это давление негативно повлияет на криптовалюту, – проигнорировал меня брат.
– Джулиан! – крикнул я, закрывая дверь.
– Ты здесь ради милой Амелии, верно?
– Я знаю, что ты с ней разговаривал.
– Конечно, знаешь, Итан. Вопрос в том, почему тебя это волнует.
– Я хочу защитить ее.
– От кого именно?
– Мне нужно, чтобы она сосредоточилась на Олив.
– Ты мне уже говорил это, но той ночью…
– Какого черта ты крутишься вокруг нее? – рыкнул я.
Брат поднял глаза. Глаза как у нашей матери: голубые, напряженные и полные злобы.
