За пределами поместья я попыталась наверстать отрыв от Итана, подгоняя кобылу пятками, а оказавшись рядом, поняла – чтобы заговорить с ним, придется повысить голос. Но ведь рано или поздно кто-то нарушит молчание, так устроена встреча двух человек: неважно, по какой причине они вместе, всегда найдется, что обсудить.
Мы ехали по длинной дорожке, выложенной гравием. Вокруг, насколько хватало глаз, простирались владения Бердвистлов. Я догадывалась, что усадьба огромна, но думала, что живая изгородь, которую видно из моего окна, – это ее границы. Поражало разнообразие ярких красок: солнечные лучи робко просачивались сквозь листву, а множество полевых цветов пробивались сквозь траву, напоминая картины Моне.
Я вдохнула полной грудью и зажмурилась, позволяя чувствам раствориться в очаровании природы.
– Как прошло утро с Олив? – спросил Итан.
Я открыла глаза.
– Кажется, она пожалела, что я ушла.
– Очень ее понимаю.
Он слишком сосредоточился на дороге и не заметил моего скептического взгляда.
– Тебе здесь нравится?
– Впечатляет. Будто я попала в место, которое можно увидеть только на открытках.
Итан рассмеялся.
– Неужели люди до сих пор отправляют открытки?
– Это фигура речи, – пояснила я.
– Ах!
– В любом случае да, Доунхилл-Хаус очарователен.
– Он всегда принадлежал моей семье. Мы с братом здесь родились.
Каждый раз звук его имени пробуждал жар в животе, а за ним следом приходила неловкость. Мне стыдно за то, как я себя с ним повела.
– Между нами не всегда было так, – продолжил мистер Бердвистл, прерывая мои размышления. – Раньше мы прекрасно ладили. Ты ведь знаешь, что говорят о близнецах? Между ними существует ментальная связь.
Его взгляд устремился вдаль, но мысли, скорее всего, остались в воспоминаниях. Зачем он рассказывал мне об отношениях с братом? Хотя Джулиан поступил так же. Что ж, может, я открою для себя что-то новое.
– Что-то случилось? – спросила я осторожно, с одной стороны стараясь не создать впечатление, что мне тема неинтересна, с другой – понимая, что Итан не любит, когда кто-то лезет в его дела.
– Да, – признался он, с грустью посмотрев на меня.
Я поджала губы и отвела взгляд, причину конфликта я уже знала и побоялась, что выдам себя.
Итан остановил Теуфеля, а Миледи продолжила идти, я натянула поводья, но лошадь не обратила на меня внимания. Мистер Бердвистл свистнул, и кобыла застыла. Я огляделась – мы подъехали к водоему.
– Чтобы лошадь замедлила ход, нужно попеременно мягко натягивать поводья, – объяснил он, появляясь рядом со мной. – Вот так…
Он положил свои руки на мои и показал нужные движения.
Его близость ошеломила. Так странно находиться сейчас рядом с точной копией мужчины, который подарил мне самый мощный оргазм. Но Итан другой: поведение, манеры – ничто не напоминало Джулиана. Эти двое как день и ночь. Я почувствовала физическую боль из-за того, что пришлось сдерживаться.
– Как только добьешься своего, – продолжил он, не обращая внимания на битву, происходящую внутри меня, – отпусти поводья.
Итан помог мне спуститься, заставляя напомнить себе, кто он и разницу между нами. Я снова смогла дышать, когда он отстранился, чтобы привязать лошадей к стволу. Минуя небольшую бухту, мы вышли на берег реки: ее спокойное русло отражало окружающий пейзаж.
– Мы с Джулианом купались здесь. Наша мама запрещала, предупреждала, что это опасно из-за водоворотов, но мы ее не слушали, пробирались сюда тайком и соревновались, кто дальше прыгнет. Брат прыгал первым: в нем всегда был дух соперничества, и он презирал запреты. Проще позволить ему совершить ошибку, чем отговорить. Даже в двенадцать лет он шел на поводу у своих желаний.
– Точно, – пролепетала я.
Мистер Бердвистл обернулся, нахмурив брови.
– У моей лучшей подруги такой же необузданный нрав, – объяснила я.
Он кивнул и вернул взгляд к водоему. Мы отправились вдоль реки, солнце начало припекать.
– Мне кажется, нет братьев и сестер, которые жили бы в полной гармонии, – я вытерла пот со лба тыльной стороной ладони, сомневаясь, что моя испарина из-за жары.
Итан задумчиво кивнул.
– Джулиан воюет со всем миром, но было время, когда мы сражались вместе, были союзниками, хорошо это или плохо. Все изменил один случай… – Итан остановился и посмотрел в неопределенную точку. – Мы плыли наперегонки до сруба, – мужчина пальцем показал на небольшое разрушенное здание на противоположном берегу. – Джулиан плыл впереди. Я ногой зацепился за корягу, закричал, но Джулиан не остановился, он думал, что я притворялся, потому что боюсь проиграть.
Я расстроилась, потому что надеялась услышать версию Итана об истории с Грейс. Но, похоже, разлад между братьями начался намного раньше.
Итан вздохнул, будто воспоминания давались с трудом. Неважно, зачем он мне это рассказывал, – я хотела дослушать. Для чего? Понять, кто такой Джулиан Бердвистл на самом деле, или меня заинтересовал Итан?
