Музыка взорвалась, аплодисменты тоже. Мое сердце замерло. Итан надел на палец Беатрикс кольцо – кольцо, которое я на мгновение приняла за свое. Они обнялись и начали танцевать: как влюбленная и счастливая пара. К ним один за другим присоединились гости, постепенно заполняя зал двигающимися телами. Атмосфера вокруг разлилась теплом, только я осталась неподвижной, в холоде своих душевных страданий.
– Потанцуем?
Я подняла глаза – мне протягивал руку Габриэль Лэньон.
– Олив устала, думаю, пора проводить ее в комнату, – вежливо отказалась я и собралась уйти, но Габриэль поймал меня за запястье.
– Он должен был это сделать! Джулиан его подставил.
– Что бы ни натворил Джулиан, Итан сделал свой выбор. Это единственное, что имеет значение.
Я высвободила руку из хватки и ушла.
Пока Олив надевала пижаму, я сидела на краю кровати. Девочка грустила, я тоже. Мы обе не знали, что сказать. Сцена, свидетелями которой мы стали, по-разному повлияла на нас, и нам предстояло ее переварить.
– Почему бы тебе не остаться здесь? – выпалила Олив.
– Хочешь, чтобы я легла спать с тобой?
Она покачала головой.
– Останься со мной навсегда.
Я подошла к Олив.
– Знаю, ты боишься, что случится, когда мисс Раймер выйдет замуж за твоего папу, – я взяла ее за руки и наклонилась, чтобы оказаться лицом к лицу. – Вот увидишь, он сделает все, что в его силах, чтобы тебе было хорошо.
– А если у них будут дети?
– Разве тебе не хочется брата или сестру?
– Дядя Джулиан и папа не ладят друг с другом, а ведь они одной крови, – сыронизировала Олив.
– Многое будет зависеть и от твоего желания построить близкие отношения.
– Папа отвернется от меня, он предпочтет новую семью.
– Не говори ерунды, ты для него на первом месте. Возможно, он выбрал мисс Раймер потому, что считает, будто тебе нужна материнская забота.
Да, я за честность, но Олив слишком потрясена и еще так молода, чтобы понять мир взрослых. Некоторым истинам нужно время.
– У меня есть Джейн, миссис Фуллер и ты, мне не нужна другая мама, – возразила Олив, высвобождая свои пальцы из моих. – Ведь Грейс может вернуться. Ты знаешь, что она пишет мне длинные письма?
Я задержала дыхание.
– Может быть, однажды она перестанет путешествовать и захочет быть со мной.
– Если твоя мама захочет встретиться с тобой, ничто ее не остановит.
В дверь постучали. Мы обменялись вопросительными взглядами, и я отправилась открывать.
– Миссис Фуллер просила меня заглянуть и проверить Олив, как ты? – Джейн прошла мимо меня.
– Это был долгий вечер, – вздохнула я.
– Представляю, как ты устала.
– Скажем так, не могу дождаться, когда сниму это платье, – я встряхнула юбку.
– Кстати, ты выглядела великолепно, – восхитилась Джейн.
Не без ее помощи. Переступив порог, я обернулась и попросила Джейн выйти со мной в коридор.
– Олив очень расстроена, – я понизила голос.
– Я бы удивилась обратному. Ты поговорила с мистером Бердвистлом?
– Не думаю, что на данный момент он не намерен куда-то отсылать дочь.
– Надеюсь, ты права.
– Останься с ней. Ты ей нужна.
Мне же пришлось вернуться на первый этаж. Прием проходил спокойно. Гости танцевали, пили, веселились. Музыка наполняла каждый уголок большого зала. Персонал работал без устали. Миссис Фуллер проверяла, все ли шло хорошо, выглядывая из-за угла, Лиззи координировала официантов, которые вот-вот подадут напитки.
В полночь раздались звуки колоколов. Пришло время переобуться в свои старые туфли.
Затаив дыхание, я пересекла танцпол и добралась до восточного крыла. Почти открыла дверь своей комнаты, но вздрогнула, услышав за спиной шум. Обернулась. Прислонившись к противоположной стене, стоял Джулиан. Мокрые волосы падали на лицо всклокоченными прядями, от него пахло пеной для ванны. Голубая рубашка подчеркивала цвет глаз, темные джинсы, потертые по швам, придавали растрепанный, даже немного дикий вид. Он выглядел как посторонний человек, случайно оказавшийся в Доунхилл-Хаусе.
– Ты меня напугал, – буркнула я. – Где ты был? Я везде тебя искала.
– Как ты? – он провел фильтром сигареты по губам.
– Болят ноги, и не могу дождаться, когда выберусь из этого платья.
– Ты спросила его?
Я убрала руку с дверной ручки и прислонилась к стене напротив Джулиана.
– Ты бы знал, если бы пришел.
Он пожал плечами и прикурил.
– Слишком много людей, на мой вкус.
– Ты собираешься ходить вокруг да около или расскажешь, что произошло прошлой ночью? – я скрестила руки на груди.
Джулиан выдохнул дым и шагнул ко мне.
– Ты танцевала?
– Нет.
– Жаль, – Джулиан перевел взгляд с носка моих туфель на мои глаза. – Кто-то беспокоился, что ты украдешь у Беатрикс всеобщее внимание?
– Я была там ради Олив, – напомнила я. – Джулиан, нам нужно поговорить.
– Спрашивай. Что ты хочешь знать? – он уперся рукой в стену рядом с моей шеей.
– Ты болен? Это могло бы объяснить поведение твоего кузена.
– В каком-то смысле да, – признал он.
– В чем дело?
– Это долгая история.
– Это связано с жестоким обращением твоей матери?
– Может быть, – он пожал плечами.
– Ты опасен? Скажи мне правду.
– Ты боишься меня?
– Не знаю, не думаю. Но мне нужно понять, что с тобой не так.
– Почему?
