Лаис, после представления, устроенного Дари на посадке, внезапно обнаружила себя крайне популярной особой. Трое… нет, уже четверо молодых людей неотступно кружили рядом, поглядывая на девушку с интересом, а друг на друга с неприязнью. И Ретен понял – проблемы будут. Собственно, они уже есть. Еще двое щеголей, подкручивая усики, акулами заходили на них со стороны обеденного зала.
И нервы у «папеньки» не выдержали:
– В каюту! – прошипел он обоим своим «дочуркам», подгоняя их к лестнице на третью палубу.
Пеплу в этой короткой фразе почему-то послышался зловещий шорох вытаскиваемого из штанов ремня. Или не послышался.
– Молодец! – Ретен потрепал Дари по вихрам, едва за ними захлопнулась дверь каюты.
Тот довольно хмыкнул, закидывая подальше на постель чепчик, который стянул с головы прямо на входе.
– Ээ?… – Лаис, вообще-то готовая разнимать драку, ничего не понимала.
– Мальчик прекрасно поработал на нашу безопасность. – Ретен с видимым облегчением рухнул в кресло и вытянул ноги. Все-таки рана еще давала о себе знать, да и ребра у него после серьезной нагрузки пока побаливали.
– Но нас же из-за него запомнили? – по прежнему недоумевала девушка.
– Нас и должны были запомнить, – кивнул ресс. – Когда начнут искать и выйдут на след, оборваться он должен в Грансе, а не здесь.
– «Когда»? – Лаис начала понимать ситуацию, но пока еще не до конца.
– Да, именно «когда», а не «если», тут никаких сомнений – легко нас не отпустят. И Дари просто умница, он все сделал как надо – и в отеле, и во время посадки. Нас заметили, причем так, что теперь уже точно не забудут.
– Угу, – поддержал его Пепел. – А пропадать с концами мы будем уже в милом курортном Грансе, кишащем приезжими, как шавка блохами. Есть идеи каким образом?
– Опять отель? – вопросительно подняла брови Лаис.
– Не-а, – покачал головой Пепел, – не пойдет. Во-первых, времени мало. Вселяться на пол дня, да еще и без ночевки, это как махать флагом из портков нашего ресса – внимание гарантировано. А во-вторых гостиничную прислугу хрен проведешь. Кто куда въезжает и кто откуда выезжает они задницей секут.
– Так значит в «Шаре и короне» нас тоже?..
– Разумеется. А ты сомневалась, сестричка?
– Вообще-то надеялась. Порт рядом, много постояльцев, смена в отеле поменялась… Думала, затеряемся.
– Вряд ли, – скептически хмыкнул Пепел. – Даже учитывая все это – вряд ли. Так что нет, гостиница для нас не вариант. Нужна другая идея.
– Есть, – кивнул ресс. – Другая идея есть. Но обсудим мы ее позже.
– Ну позже, так позже, – не стал настаивать мальчишка. – Только умоляю, пусть в этой идее для меня обойдется без чепчика. Ненавижу!
– Разумеется, Дари. Девочки из вас получились замечательные, но они свое уже отыграли и в Грансе со сцены сойдут.
– А тогда что мы обсудим прямо сейчас? – проявила понимание Лаис.
– То, что не успели в Прауте.
Девушка, напряглась, подозревая, что предметом обсуждения могут стать ее шалости с бочкой, но ошиблась.
– Документы того хорька? – откликнулся Пепел.
– Именно. Документы. Вторая папка – отчеты по использованию измененного.
– Странная формулировка, – удивилась Лаис.
– Нормальная, – пожал плечами ресс. – Измененные… они же не совсем люди. Они как инструмент. Их делают. Делали, верней. Как – никто больше не знает.
– Делали? А теперь нет? Они что, бессмертны?
– Никто не знает, – повторил он.
– Отец собирался выяснить, – вмешался Дари.
– Да, – подтвердил Ретен, – но не успел.
– В смысле? Как только он взялся за это, так его и подставили? Не думаю, что нужна ищейка, чтобы сделать из этого нужные выводы, – с удивлением глянула на него девушка.
– Сделали, конечно сделали, – кивнул ресс. – Потом. Вот только было уже поздно.
– Для него – да, – жестко припечатала Лаисса. – А для нас в самый раз. От этого мы и начнем. Что его насторожило? Почему он вообще полез ворошить тот муравейник?
– Твари слишком часто стали ему попадаться. Варан подозревал, что кто-то из кукловодов играет против него. Или готовится сыграть.
– Стоп. – Ищейка внутри Лаис на этих словах сделала стойку.
Все замерли и даже дышать перестали, опасаясь ей помешать.
– Не то… Не так… Нет! – внезапно встрепенулась она, сообразив, наконец, что ее зацепило во фразе ресса. – Не вокруг него много. Их вообще стало много, если даже в Прауте появился один из них.
Она задумалась еще на несколько секунд, а потом словно очнувшись посмотрела в глаза сначала Ретену, потом Эрдари.
– Их не делали. Их делают. Сейчас. Дари, то, что похоронено в твоей башке – об этом. Потому ты им так нужен. Точнее наоборот – не нужен. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы такая информация всплыла. Потому они и всполошились. И десять лет держали здесь эту тварь именно поэтому. Думай, мальчик. Ты должен знать!
– Возможно, все-таки архивы? – вмешался Ретен. – Может, Варан как-то сумел к этим… изготовителям подобраться? И оставил записи? Или бумаги на эту тему?
– Тогда думай ты, – развернулась к нему девушка. – Сам.
